Победы, которые не умирают

Таркай замолчал, лицо его напряглось и исказилось гримасой боли, взгляд устремился в угол, словно пытаясь прожечь стену.

– Года четыре назад объявился брат хозяйки Агесарх, будь он проклят. Он живёт не здесь – в Аполлонии. Они в тот вечер хорошо повеселились. Лисимах отправился спать, а Агесарх вышел во двор. Что там случилось, мне никто не рассказал, да я не дурак, сам догадался. Утром маму нашли мёртвой. Говорили, она убила себя, но она бы так не сделала. Агесарх наутро уехал. Его счастье, иначе я бы его грохнул!

Леандр поёжился, услышав угрозы раба эллину.

Закон против раба, поднявшего руку на свободного, был суров – оправданий не предусматривалось.

– А дальше?

– Лисимах тогда как озверел. Иногда мне казалось, он и сам не прочь прибить братца жены… Я как-то подслушал, как он говорил с женой, что ноги её брата тут не будет. И хозяйка переменилась. Раньше она, наверное, думала, он просто развлекается, как другие. Тут-то она и поняла, как он на самом деле к маме относился. Иолу начала третировать, как никого.

А Лисимах наоборот, защитить пытался, а вот свободу дать не хотел. Сам понимаешь, как Иоле пришлось тяжело. Уборка, готовка, работа на ткацком станке, стирка. Она толком поспать не успевала – уже снова зовут. А коли не успеет чего – хозяйка тут как тут, ругает и даже бьёт. Не при муже, правда. Через несколько месяцев Иола была кожа да кости, вся прозрачная. Я боялся, что помрёт. Вот Лисимах и решил взять нас в плавание. Мне-то и прежде доводилось с ним ходить в море – я у него навроде оруженосца.

Аристон, наш тиран, по приказу Дария оставался у моста через Истр. Следил, чтоб его не разрушили, пока Дарий возится со скифами. Лисимах – его правая рука, и вот Аристон его отправил на триере вслед армии Дария, чтобы быстрее получать новости. Мы побывали в Истрии, потом в Никонии. Когда Дарий подобрался к нему, перебрались в Ольвию, где Лисимах быстро узнал, что хотел. Перед возвращением в Византий он решил прикупить кой-чего на агоре. Обычно у них на оптовом рынке попадается немало полезного, но тут склады позакрывались.

Всех больше волновало, как бы найти на кораблях свободные места для бегущих людей, чем как заполнить их товаром.

Таркай усмехнулся:

– С агоры Лисимах вернулся без товаров, – Таркай помрачнел, – зато с Агесархом. Триера сразу отчалила и направилась в Истрию, к Аристону. Как Агесарх оказался в Ольвии, я не знаю – сбежал, наверное, из Аполлонии, когда персы туда подобрались. Иола бросилась на него.