Летописец. Книга 1. Игра на эшафоте

Оскар враждебно посмотрел на Краска:

– Лучше бы ему уйти в монастырь и очиститься перед Богом от прежних грехов вместо того, чтобы совершать новые, служа ереси!

– Он как раз в монахи собирался, да я уговорил его передумать, – засмеялся Айварих. – Уж больно красочно дядя его достоинства расписал.

– Да и не все монахи – пример для подражания, – добавил Фроммель, который с интересом прислушивался к разговору: – Надеюсь, что твой племянник будет служить королю верой и правдой, как ты, Энгус!

Краск процедил сквозь зубы:

– У меня нет в том сомнений.

Главное – новый летописец принят Летописью. Как известно, её не обмануть. Зря Оскар волнуется.

– Ваше Величество, Господь мне свидетель, меня более всего волнует то, что эта Летопись до сих пор существует. Её необходимо уничтожить! На ней печать дьявола! – упрямо гнул своё Мирн.

Все удивлённо смотрели на разгорячённого Оскара, который обычно не обращался к королю первым. Всегда крайне вежливый, свою точку зрения он доводил до короля только тогда, когда король сам его просил.

Впрочем, король обращался к нему часто, ибо, несмотря на молодость – ему было всего двадцать семь, – Оскара Мирна знали далеко за пределами Сканналии благодаря его образованию, знаниям, трудам и обширным связям среди учёных, богословов и философов.

– Тебе же сказали, её нельзя уничтожить! – раздражённо бросил Айварих. – Валамир пытался, так Сканналия чуть в покрытый льдом остров не превратилась.

Почему, думаешь, Дайрус летописца приказал убить? Да чтобы в стране не одно восстание началось, а сотня. Вон, у Георга спроси или у Ривенхеда.

– Если не ошибаюсь, летописец жил где-то за кладбищем в лесу, – задумчиво сказал Ворнхолм. – Каким образом его могли убить? Разве Летопись не защищает своего слугу?

– Очевидно, плохо защищает. Или она решила, что слугу пора сменить, – ядовито заметил Айварих. – В любом случае, новый летописец будет во дворце жить.

Утром его вместе с Летописью привезли.

– Сюда?! Во дворец?! – задохнулся Оскар от возмущения. – Ваше Величество, умоляю, подумайте, что скажет святейшая церковь?! Несомненно, доминиарх Ривенхед согласится с тем, что дворец не место для языческих ритуалов!

Теодор Ривенхед, пожевав полными губами, кивнул, отчего его второй подбородок стал ещё заметнее, и изрёк:

– Мирн, без сомнения, прав, Ваше Величество.