Русская тайна Казановы

 – Я так тягостно добираюсь до российской Ниццы, что как минимум выходные провести здесь обязан. Да и Валентина, как я понял, не из тех женщин, что отказываются от своих планов. Поэтому я лучше отыграю свою роль, искупаюсь в Черном море и со спокойным сердцем и уверенностью, что видео со мной голым на дереве нигде не появится, поеду домой. Кстати, мне можно быть уверенным, что ваша подруга удалит его из телефона?

– Валенок человек слова, – уверенно подтвердила Кира. – Правда, у нее всегда происходит что-то непредвиденное, поэтому если что-то и случится, то точно не по ее вине.

– Вот как-то вы меня сейчас совсем не успокоили, – вздохнул Янис озадаченно.

– Все, приехали! – закричала Валентина. Выскочив из машины, она протянула им абрикосы, подаренные добрыми гаишниками, и засмеялась: – Ой, Янис, посмотрела на вас и сразу так раков захотелось, – сказала и убежала оплачивать такой долгожданный для бурлаков бензин.

Янис, ничего не поняв, взглянул в зеркало заднего вида и ужаснулся – его белая от природы кожа на лице стала ярко-красного цвета.

– Что это? – задал он глупый вопрос, на самом деле зная ответ.

– Это беспощадное сочинское солнце, – пояснила Кира, еле сдерживая смех.

– Но у вас нет этого алого оттенка, – ему стало обидно данное обстоятельство. – Только не говорите, что вам просто не идет красное, между прочим, красный тоже не мой цвет.

– Я здесь выросла, у нас договор, местных оно не трогает, – ответила Кира и, все-таки не сдержавшись, рассмеялась.

А в голове Яниса появилась глупая мысль, что если его лицо развеселило эту грустную и несчастную девушку, то, по крайней мере, оно не зря сгорело.

* * *

Никто не знал, что выходила замуж Злата назло. Наверное, так поступать можно только в двадцать лет – выходить замуж назло кому-то. Глупое, ни к чему не приводящее действие, которое обычно совсем не ранит виновника данного поступка, но делает больно всем остальным участникам процесса.

Нет, Федор Бычков не был Злате противен, она была к нему равнодушна. Давний ее поклонник, он сдувал с девушки пылинки. Она же, в свою очередь, не отвергала его, но и не давала особой надежды. Тем временем Федор, воспринимавший это как призыв к действию, ударился в бизнес только что умершего отца.