Перевоспитать актрису

Леша еще остался в кабинете Клементьева, только крикнул вслед:

– Таню в шесть забери из ИВС.

Вот раньше не мог сказать! Как будто не знал, что я переживаю. Или знал, что продолжу в любом случае рыть носом землю. Все же азарт уже не остановить. И Ботаник тоже это понял, когда мы сели в машину:

– До Симферополя около тысячи километров. Поедете? – спросил он.

– Тебе Леша провел краткую экскурсию под названием «Путешествие в мозг Ивонны» или сам додумался? – не выдержала я.

– А что тут думать!

– Поеду.

А ты завтра получишь документы и пойдешь в театр. Дела фирмы оставь на кого-нибудь другого. Большой там завал?

– Да не очень. Оспаривание наследства, кража… Сплошь гражданка и административка. Из уголовки только изнасилование, но этим не я занимаюсь.

Да он даже выражаться начал по-другому. Скоро вообще на жаргон перейдет.

– Поехали где-нибудь перекусим, а потом за Танькой. Заодно обговорим детали.

– Давайте ко мне, – предложил вдруг Ботаник.

– К маме или к Инессе?

– К маме.

Она сегодня на обед меня ждет.

Встреча с Гражиной Эдуардовной могла сделать этот день еще веселее. Ну ладно, легких путей я никогда не искала. И может, эта дама подобрела за последний год?

Глава 11

Ага, подобрела мамочка… Как же! Когда она меня увидела, то так поджала губы, что они даже побелели. Может, свалить по-тихому, пока ее удар не хватил?

– Привет, мам, – сказал Ботаник, а я улыбнулась и кивнула:

– Здрасьте…

– Ванечка, ты бы хоть предупредил о том, что с гостьей, а то я еще от прошлого визита твоей разноцветной подруги отхожу.

Это она про Инессу, как я поняла. Надо будет спросить, как прошло знакомство. Но, судя по привычному виду Гражины Эдуардовны, соседка еще не успела поработать над ее образом. А что, было бы забавно посмотреть на чудо-маму с выбритыми висками, разноцветными прядями и в кожаных штанах и косухе.

Мы прошли в кухню, и я почти прониклась к суровой даме симпатией. Пахло великолепно. Расстаралась она для любимого сына, а я так… примазалась.

Может, в Чехию вернуться? Там у мамы тоже всегда вкусно пахнет.

Я, наверное, просто жутко хотела есть. Не дело вторые сутки сидеть почти на одном кофе. Вот даже Гражину Эдуардовну разжалобил мой внешний вид, потому что она повытаскивала тарелки из холодильника, что-то сняла с плиты, достала из духовки и сказала:

– Ешьте, а то на вас, Ивонна Сигизмундовна, без слез не взглянешь. Бледная, синяки под глазами.