Забытая легенда Ольхона

– Ну для нас это не впервой, когда шатко, – парировал ему Алексей, радуясь, что скользкая тема пройдена, – что только стоило расследование группового убийства год назад в Калининградской области.

– Все готово, – воскликнул Эндрю, прервав воспоминания Алексея, – программа выдала поиск пяти дилетантов.

– Не шесть, это уже хорошо, – сказала Зина, наклонившись к экрану, – ну что за компанию мне выдала старушка?

– Так, администратор – это ты, технарь – это уже мне повезло, – было видно, что Эндрю действительно этому рад, – а вот этих трех ребят нам придется искать.

Зоолог, историк и… – не прочитав последнего, Эндрю замолчал.

– Только не говори, что это вор, – сказала Зина, вспомнив Феликса Есупова, с которым им пришлось работать год назад. Он до сих пор периодически напоминал ей о себе цветами и открытками из разных городов, где он гастролировал со своей труппой, пытаясь вымолить Зинкино прощение. Но молодой человек не понимал главного, дело было даже не в прощении, Зина просто не испытывала никаких чувств к красивому молодому циркачу, ну вот совсем никаких.

Феликс был красив, умен, талантлив и еще у него было прекрасное чувство юмора, которое очень нравилось Зине, но ведь любят не за это. Зина была уверена, что любовь рождается в душе не потому, что объект обожания в чем-то хорош, а потому что души узнают друг друга. Они были уже вместе когда-то давно, они знают и чувствуют каждую грань друг друга, и поэтому солнечные сплетения открываются навстречу, давая влюбленным прижаться к родной душе. И никакие плюсы в характере и внешности человека не могут на это повлиять.

Поэтому то, что Феликс ее обманул, там, на берегу Балтики, было только предлогом для отказа, а не его причиной. Оттого их односторонний флирт продолжался уже год и вяло перетекал в какую-то игру, которая делала жизнь чуть ярче. Но вот в чем парадокс, когда он долго не давал о себе знать, Зина чувствовала дискомфорт и писала ему сама, словно вдыхая жизнь в их замершую игру.

– Так кто там? – поторопил друга Алексей.

– Эзотерик, – неуверенно произнес тот.

– И никаких логиков и эмпатов? – уточнил мужчина, хмурясь. Потому как раньше они почти всегда составляли основу группы.

– Нет, – помахал головой Эндрю.

– А ты точно не ошибся? – настаивал коллега, хмурясь.

Все понимали, почему Алексей спрашивает про это. Администратор, логик, эмпат и технарь были основой уникальной системы, созданной Савелием Сергеевичем Штольцем.