Междувремье. Сказки города Хук

Она почувствовала его взгляд, их глаза встретились.

Карие. Её глаза были карими, как темный янтарь, как шоколад, как глаза его матери, вдруг подумал Саек. София смутилась и отвела взгляд в сторону. Саек чувствовал, что влюбляется. Он провел ладонью по лицу в попытке смахнуть это наваждение, но бессовестные мысли о Софи никуда не делись.

– Твои виноделы определённо добавили в вино дурман-траву, Королева! – сказал он слишком громко, чем несколько удивил всех присутствующих.

– Надо развеяться, – пробурчал он уже себе под нос, встал с дивана и не самым уверенным шагом пошёл к выходу в сад.

Донателла уже успела приложить и к нему свою талантливую ручку – сад был украшен лентами, бусами, скамейки задрапированы атласными тканями. То тут, то там стояли вазы с яблоками – главным символом Ночи Смен Лет – и горели загадочные цветные огоньки. Давно наступил вечер, постепенно охлаждающийся до состояния седесимтерской ночи – прохладной вначале и слегка морозной к утру.

Саек Тамин вышел в сад и глубоко вздохнул, пытаясь освежить голову. В этот момент он не думал ни о чем, им овладели какие-то неясные, пленительные, сладостные ощущения. Ещё утром он был мрачен от мыслей какими силами ему удастся захватить Город Хук, правителем которого ему суждено будет стать, как обещает Шаман его народа, а вот теперь его самого пленила Королева Софи. До этого такого чувства он никогда не испытывал. Да, у него было несколько жён – так требуют традиции кочевников: род вождя должен продолжаться.

Но они не захватывали его душу так стремительно и властно.

«Завтра надо пообщаться с ней на свежую голову, – подумал вождь Кочевого народа, – может быть, наваждение от её красоты также пройдёт к утру, как и опьянение от этого их чертового местного вина!».

Он присел на одну из скамеек с наибольшим, как ему показалось, числом подушек и на минуту закрыл глаза.

– Привет! – раздался звонкий, бодрый и веселый голос практически рядом с его ухом – ты ушёл, а без тебя там скучно и я решила тебя найти!

Меньше всего хотелось в тот момент предводителю целого народа открывать глаза.

Действие дурман-травы всё больше набирало силу, мысли в голове кружились и разбегались в разные стороны, на глаза давила темнота пришедшей ночи, вино, убаюкивающее переливалось по венам, а подушки были так мягки…

– Ну что же ты, Вождь, – тёплое дыхание коснулось его уха, – еще не время засыпать.