Колумбы иных миров

Плыть приходилось очень медленно и осторожно – мало ли какая напасть могла подстерегать неосторожных мореходов там, в тумане?

Воздух был таким сырым, что у Орвуда отволгла борода, и как всегда в подобных случаях, резко испортилось настроение. Он сделался ворчливым и раздражительным, из-за какой-то малости сцепился с судовым, и они разругались не на шутку. Со стороны было очень забавно наблюдать, как здоровенный гном яростно скандалит с существом размером чуть больше кошки.

– Вы ещё подеритесь, горячие лоттские парни! – подначивала Энка, хихикая.

– А при чём тут Лотт?! – удивилась Ильза. – Они там даже не были никогда!

– К слову пришлось. Анекдот такой есть, – пояснила сильфида, и поведала широко известную в Староземьи историю о том, как два лоттских мужика спорили, боггарт пробежал мимо, или брауни.

– Ну и не смешно! – рявкнул Орвуд в сердцах.

И Ильза была с ним согласна. Будучи девушкой справедливой, она готова была признать, что земляки её никогда не отличались проворством и расторопностью.

Но в рассказе сильфиды они выглядели совсем уж малахольными.

– Не обижайся, это была гипербола! – подтолкнула её в бок боевая подруга.

Ильза понимающе кивнула и перестала дуться – это красивое учёное слово было ей уже знакомо.

…Утро постепенно перешло в сумерки, день так и не наступил. Настоящей ночи тоже не было – только туман. Хельги промучился час-другой, напряжённо вглядываясь в белёсую мглу, потом плюнул и сбросил якорь. Двигаться вперёд было невозможно.

Поутру обнаружив, что драккар всю ночь стоял на одном месте и так и не выбрался на чистый воздух, Орвуд разворчался: зачем Хельги побоялся плыть, здесь открытое море, нет никаких препятствий, сейчас были бы уже далеко… Но будто в ответ на его слова, перед самым носом Грома вдруг выросло, надвинулось из тумана нечто чёрное, громадное, чужое… Только благодаря опыту Рагнара, в последнюю минуту удалось свернуть и избежать страшного столкновения.

Осторожно, правым бортом, приблизились к препятствию вплотную.

Рагнар протянул руку – под пальцами оказалась шероховатая, будто изъеденная, скользкая от водорослей, холодная поверхность. Рыцарь треснул по ней тяжёлым кулаком – раздался гулкий металлический звук.

– Железо! – удивился исследователь. – Что бы это могло быть?! Железное, в море…

– Корабль, – откликнулся Хельги, и голос его звучал как-то странно. Впрочем, здесь, в тумане, все звуки казались странными и неприятными, будто искажёнными.