Территория заблуждения

Только осмыслению не хватило места, когда возле редакции Аня встретила Кирилла. С живым взглядом и человеческим выражением на лице. С настоящими эмоциями и просто нереально крутой мальчишеской улыбкой.

– Кажется, я обещал позвонить? – пояснил он своё появление и вскинул руки для приветствия.

– Да. И как всегда не сдержал обещание, – покачала Аня головой и бросилась к нему на шею.

Всё остальное, казалось, произошло будто и не с ней. Разве только колючий взгляд другого мужчины зацепился где-то глубоко внутри и никак не желал отпускать.

Глава 4. 2011 год.

Несмотря на яркие солнечные лучи, от которых отделяла всего одна стена, камера оставалась такой же сырой и холодной. Простейшее желание привести себя в порядок грозило вылиться в большую проблему. Полная антисанитария, жуткая вонь, и сам убогий интерьер уже не казался чем-то сверхъестественным, разве что желание уйти и больше никогда сюда не возвращаться возросло в разы.

Вставая с нар, Аня попыталась сдержать стоны.

Тело затекло и просто отказывалось двигаться. Наверно, именно в такие моменты ты начинаешь ценить то, что имел и чем оставался недоволен до самой последней секунды. Ане почему-то вспомнились носки. Паша подарил. Красивые чёрные носки художественной вязки с вплетением золотой ленты. Он купил их за двадцать два евро в одном из магазинчиков горнолыжного курорта.

Крайнов никогда не проводил отпуск, валяясь на пляже. Даже на активное времяпрепровождение получалось отвлечься дней на пять максимум.

Истинный трудоголик, он грезил о работе днём и ночью, прокручивал в голове схемы решения сложных вопросов и не позволял себе расслабиться даже вечером, сидя перед камином с бокалом вина в руке.

Сейчас пальцы на ногах Ани деревенели от холода, сводило судорогой суставы, а Паша так и не появился. Сколько прошло часов? Снова утро. Вторые сутки, а он молчит. Аня упёрлась кулаками и лбом в грубую штукатурку стены.

– Ковалёва, на выход! – заставил дёрнуться всем телом неожиданный оклик охранника.

Аня отступилась от стены и несколько раз моргнула, пытаясь справиться с охватившим волнением. Её дёрнуло бурное дыхание и учащённое сердцебиение, ставшие вдруг влажными ладони. Захотелось расплакаться от радости в ожидании если и не извинений, то хотя бы в предвкушении первого глотка свежего воздуха. Но как только на запястьях защёлкнулись браслеты наручников, понимание происходящего подкосило ноги.