Грешник

И сразу вспомнила лифт, пугающий взгляд, и… его.

Господи Боже мой!

Может, Денис мне привиделся? Может, я зашла домой, и резко опьянела от пары бокалов с шампанским, и ловила интересные галлюцинации?

– Очнулась?

На секунду я позволила себе снова закрыть глаза. Не привиделся мне Денис. Если его лицо, фигуру я могла не узнать, то голос я в жизни из памяти не выкину. Что он только не говорил мне этим самым голосом.

И сейчас я у него дома, точно не у себя. Черт знает, что он сотворит со мной… как же страшно, дьявол! Тошнит от животного ужаса, и голова болит еще сильнее.

Но нужно держать себя в руках, и не показывать свой страх. Иначе я пропала.

– Денис, – я села на кровати, – не знала, что ты вернулся. Ты меня к себе отнес? Ты же отпустишь меня домой?

– Трофимова, думаешь, я до сих пор по тебе с ума схожу? – он рассмеялся, а я поблагодарила ночь, что не вижу его лицо. – Вали на все четыре стороны, надо было в лифте тебя бросить. Не подумал, ты ведь из тех, кто бежит в полицию, и орет про насилие.

Можешь проверить одежду, пока ты была в отключке, я тебя не трогал. Я и ту сучку семь лет назад я тоже не трогал. Но ты проверь, на слово ведь не поверишь.

А я взяла, и проверила одежду, а затем услышала презрительный смешок. Денису доверять нельзя. Он натворил столько, что непонятно, как он свободно по улицам разгуливает.

Нужно бежать отсюда, и скорее. Пока отпускает меня, но не спросить я не могу. Вряд ли скажет правду, но я должна знать!

– Зачем ты вернулся? – руки мелко подрагивают, и я задыхаюсь рядом с ним.

– Здесь мой дом, или ты забыла? – я поднялась с кровати, а Денис, будто к противоположной стене прилепился. В тени скрывается. – Куда мне было еще идти?

Не знаю. Куда угодно. Уверена была, что он не рискнет объявиться здесь после всего. И не я одна.

– Тебе не дадут спокойно жить здесь. Все помнят то, что ты сделал, – решилась я. – Дэн…

– Не называй меня так.

– Хорошо, Денис, – поправилась я, – у тебя обеспеченная семья, вы можете позволить себе дом где угодно.

Уезжай лучше, тебе здесь не будут рады. Память у людей хорошая.

И все помнят, что ты совершил. Такое не прощается. Но этого я сказать в лицо не смогла, слишком боюсь реакции.

И слишком хочу сбежать. Но продолжаю оставаться рядом. Ненормальная, черт, я абсолютно ненормальная.

– Я не уеду. Если ты в состоянии идти, то вали на хрен, Саша.

Я не привыкла к подобному обращению, и вспыхнула.