Рим. Цена величия

– А зачем мне было ссорить вас? Макрон обладает властью, которую дал ему Тиберий из-за заслуг в раскрытии заговора Сеяна, и он прочно сидит на своем посту. К тому же пользуется популярностью в армии. Когда он поможет тебе стать принцепсом, вот тогда-то мы уберем с дороги его и навязчивую Эннию.

– Ты дальновидна. Но хочу предупредить тебя: Энния и моя Друзилла – близкие подруги. Будь осторожна, вести о нашей помолвке достигли и Капуи. Не удивлюсь, если Друзилла на днях появится в Риме.

– Я буду готова к встрече с ней.

И не вытирай руки о чистую тунику, давай я полью тебе воды.

Через полчаса Юния проводила Гая и выехала на встречу с Ливиллой.

Их носилки одновременно оказались у въезда в Саллюстиевы сады. После взаимных приветствий они отправились дальше пешком, оставив при себе несколько охранников.

Ливилла выглядела ослепительно в блеске драгоценностей, которые обильно украшали ее волосы, шею, тонкие руки. Камни искрились в лучах солнца, заставляя жмуриться прогуливающихся.

Даже ее розовая стола была прошита золотыми нитями. Юния выглядела скромнее в сиреневой тунике с мелкими серебряными листиками и в жемчужном ожерелье. На точеные плечи она набросила зеленую муслиновую шаль, окутавшую ее прозрачным облачком.

Девушки непринужденно болтали, подсмеиваясь над прохожими, которые без конца оборачивались или по несколько раз проходили мимо, любуясь их красотой. У небольшого озера в кувшинках они кормили ручных лебедей, пока толпа зевак не заставила их удалиться в глубь цветущего сада, и там они присели на скамейку.

– От этих праздношатающихся нет покоя, – томно потягиваясь, произнесла нараспев Ливилла.

– Однако я чувствую, тебе льстит всеобщее поклонение, – усмехнулась Юния. – А почему Агриппинилла не присоединилась к нам?

– Признаться, ты здорово напугала ее. Ни одна матрона не осмеливалась еще возражать ей в подобном тоне. Она, верно, до сих пор злится. Но не бери в голову подобных пустяков. Лучше расскажи мне, как познакомились вы с братом? Ваша помолвка озадачила весь Рим.

Никогда не думала, что Сапожок может быть настолько скрытным.

Юния медлила с ответом, посмотрелась в маленькое зеркальце, поправила непослушную прядь.

– Ума не приложу, с чего начать. Это долгая история, – в раздумье сказала она.

– А мы не торопимся. Не правда ли?

И Юния рассказала ей о приезде Германика в Александрию, о путешествии по Египту, о событиях в далекой Антиохии.

– Я не знала отца.