Рим. Цена величия

Со стороны казалось, что девушки без ума друг от друга, но лишь они обе отдавали себе отчет, что это затишье перед бурей.

Ручные лебеди, не боясь шумной компании, смело подплывали к лодкам, выпрашивая крошки. Девушки гладили их тонкие шейки, шумно восторгались. Молодые патриции, в особенности Ганимед Лепид, без устали упражнялись в остроумии, веселя всех.

Они заплыли туда, где фруктовые деревья свесили ветви, полные ароматных цветов, прямо к воде, и беззастенчиво рвали лепестки, усыпая ими гладь озера. Неожиданно послышалось громкое пение, причем не слишком умелого певца, и показалась лодка, на носу которой стоял Гай Калигула и исполнял любовную греческую песнь, превознося красу своей ненаглядной Юнии.

Его золоченый панцирь сверкал, как тысячи солнц. Клавдилла, ослепительная в своей красоте, поднялась навстречу и неожиданно для всех запела в ответ звучным голосом стихи лесбийки Сапфо. Все заслушались, прервав разговоры. Под гул одобрения влюбленные поцеловались.

Червь зависти безжалостно грыз сердце Эннии.

Она насильственно улыбалась, но Агриппинилла подметила, как глубоко та страдает. Она не догадывалась ранее о тайной любви подруги к наследнику императора, но сейчас поняла все.

Гай Цезарь настоял, чтобы Юния пересела в его лодку и попрощалась с новыми знакомыми.

– Гай, ты лишаешь нас солнца, – в шутку возмутился Ганимед.

Остальные его поддержали, расточая похвалы Юнии.

– С вами остаются мои прелестные сестры и несравненная Энния Невия, – возразил Калигула, прижимая к себе невесту.

 – Желаю всем прекрасно провести время.

Юния дружески со всеми распростилась, пообещав Эннии напоследок отобедать у них вечером. Калигула тоже принял приглашение.

– Я не дождусь дня нашей свадьбы, – сказала Юния, едва они отплыли. – Надоело, что мы тайком проводим ночи вместе, рискуя быть застигнутыми. Отец гневается на меня за то, что я выезжаю одна без мачехи, вижусь с тобой наедине. К счастью, он собирается после свадьбы вернуться в Александрию.

Гай поцеловал ее:

– Осталось немного.

Я готовлю такое грандиозное торжество, что весь Рим будет потрясен. Не расстраивайся только, моя Юния, но сегодня вечером я отбываю на Капри к императору. Мне надо решить с ним кое-какие вопросы. Сразу после обеда у Макрона – заметь, я принял его приглашение только из-за тебя, – меня будут ждать преторианцы, которые мне выделены для сопровождения. Я вернусь через несколько дней.

Непрошеная слезинка заблестела в густых ресницах. Юния тайком смахнула ее.