Охота на мышку

– Ага, иду, – на автомате отвечаю я, спрыгивая с подоконника.

– На алгебру пойдем?

– Ну нах*й.

– Я тоже так думаю, давай лучше к Михалычу, мяч в корзину покидаем.

– Давай.

Накинув куртки, выходим из школы, по привычному маршруту шагаем к гаражам. Между двумя дальними из них – наше тусовочное место, кто-то из пацанов сюда даже скамейку из сквера притащил.

Хорошо, что сейчас тут никого нет. Видеть никого неохота, даже Дюшу. Но вот курить тянет как после секса прямо. Ощущение, будто я им и занимался там, в классе, с Мышкой.

Каким-то ментальным сексом. Раньше думал, это чушь, но сейчас поменял мнение. Я бы мог кончить уже от одного Танечкиного голоса. Если бы она что-нибудь сладкое мне на ушко прошептала.

Падаем на скамейку, Дюша достаёт пачку и зажигалку из кармана, протягивает мне, подкуриваем.

– Ну что? Послала тебя Мышка дальше, чем видишь?

И ржёт, урод.

Ухмыляюсь и медленно затягиваюсь сигаретой.

– Ничего. Я её ещё достану.

– Серый, ты реально думаешь, тебе там что-то светит? Да в жизни такая, как она, тебе не даст!

Насмешливо смотрю на него.

– Почему это?

– Ты её трубу не заценил? На столе рядом с журналом лежала. А кулончик на шее видел? Колечки с брюликами на пальчиках. Да у неё одни очки дороже всего твоего прикида стоят.

Стираю с рожи скепсис и чешу репу. Нет, я всего этого не видел. Точнее, кулон видел, он так сексуально прятался в вырез её платья на груди, когда Таня чуть-чуть наклонялась вперёд. Но дорогая эта безделушка или нет… Хрен знает.

Хотя Дюша в таких вещах обычно не ошибается. У него батя карманник, и ювелирки всякой-разной друг достаточно повидал.

Значит, Мышка у нас мажорка? Или… содержанка какая-нибудь. Бля… Надеюсь, не второе. Уж лучше пусть будет мажоркой. Хотя что я тут сопли распустил, всё равно все тёлки шлюхи. И Мышка не исключение. Так уж устроен наш дерьмовый мир.

Затягиваюсь и выпускаю вверх колечко дыма.

– Ну и пох. Всё равно даст. Никуда не денется.

Дюша усмехается:

– Мне б твою самоуверенность.

– Да всё легко же. Просто прешь напролом, и рано или поздно любая сдаётся. Они всего лишь тёлки. Все одинаковые. Сначала строят из себя, а потом текут.

– Я когда пру напролом, ничего не выходит, – пожимает плечами Дюша.

– Ну ты мозги включай иногда. Если сходу не получается, притормаживаешь, думаешь, пробуешь по-другому как-нибудь. Смотришь, на что ведётся, и снова прёшь. Всё легко.

– Откуда ты такой, сука, умный взялся, – ржёт друг.