Гарторикс. Перенос

– Что тебе нужно? – спросил Дрейк у темноты.

«Что тебе нужно, чтобы всё это наконец прекратилось».

– Доказательства, – бархатный бесполый голос прозвучал так близко, что Дрейку показалось, будто он слышит его у себя в голове. – Если кто-то и правда решил подмять под себя рынок целого округа, найти этому подтверждение будет нетрудно.

«Никакие слова ничего не значат, – говорил Ванхортон, принимая в отдел молодого выпускника Академии со всеми высшими баллами в аттестате. – Доказать можно только то, что сделано.

И то не всегда». Пятнадцать лет в Департаменте Дрейк только этим и занимался: доказывал то, что сделано.

– Как вас найти? – спросил он вслух, понимая, что разговор на этом закончен.

– Мы сами тебя найдем, – прошелестела темнота за спиной.

В комнате ничего не изменилось, но Дрейк почувствовал, что они с Трин остались наедине. Нащупав его руку, она вложила в нее что-то тонкое и гибкое, с острыми краями.

– Не приходи сюда больше, – прошептала она, наклоняясь над изголовьем кресла.

 – Надо поговорить – просто отдай это Конни, – и растворилась в темноте.

Ленты фиксаторов ослабли и с мягким шелестом втянулись в бортики кресла. Дрейк осторожно пошевелил затекшими ногами и поднес к свету предмет, который сунула ему в руку Трин. На квадратном куске черного пластика переливался геометрически безупречный узор из шести наложенных друг на друга треугольников.

Встретиться с Роганом не составило большого труда. Придя в клуб, Дрейк нашел за баром Йенну и заказал себе «как обычно».

Она улыбнулась – добродушно и по привычке немного мимо него – и бросила пару кубиков льда в высокий стакан.

– Пусть он найдет меня, дело есть, – шепнул Дрейк, пока она заливала лед водкой, и вышел из клуба. Денег, чтобы заплатить за выпивку, у него всё равно сейчас не было.

Сразу за углом его скрутили. Получив несколько ударов по почкам, Дрейк оказался на заднем сиденье блестящего аэромобиля, зависшего на уровне десятого этажа: дронокамеры окрестных офисов обычно не опускались ниже пятнадцатого.

По бокам от него сидели двое здоровых парней; справа под рёбра упиралось что-то холодное и жесткое.

На диване напротив в окружении неизменных мотыльков сидел Роган. Судя по стальному блеску прищуренного глаза, он был в бешенстве.

– Если решил умереть, Томми, – сказал Роган, когда Дрейк слегка отдышался, – спрыгнуть с эстакады – гораздо более приятный и легкий способ.