Гарторикс. Перенос

Наконец сзади послышался шорох, а потом тихий треск нагревательного элемента. Трин взяла у кого-то из рук сигарету с грэем и поднесла к губам Дрейка.

– Есть только один способ это проверить, правда? – мягко сказал бесполый голос из темноты. – Всё рассказать.

– Или нет, – Дрейк попытался пожать плечами и затянулся. В сигарете был его грэй – тот, который он отсыпал Трин в качестве образца, чтобы она организовала встречу.

– Как ты думаешь, что произойдет в этом случае? – бесполый голос отчетливо улыбнулся.

– Если вы торчки, то сейчас эти иглы выколют мне глаза, – спокойно сказал Дрейк.

 – А изуродованное тело через пару дней найдут под какой-нибудь эстакадой.

– А если нет?

– Тогда вы прекрасно знаете, что без меня вам всё равно ничего не получить. И мы просто теряем время.

Обладатель бесполого голоса бархатисто рассмеялся. Сзади послышались мягкие шаги, и над Дрейком, отодвинув Трин в сторону, наклонился грузный мужик с неожиданно тонкими извилистыми губами.

– Ты чего добиваешься? – угрожающе просипел он.

– Встречи с картелем, – краем глаза Дрейк видел, как Трин докуривает его сигарету и пальцы у нее слегка дрожат. – Вы устраиваете мне встречу, а я сдаю вам точку, где будет ближайшая поставка.

– Зачем тебе это?

– За деньги, – Дрейк опять попытался пожать плечами. – Я посредник, который устал быть посредником – и решил заработать самостоятельно.

– А если ты коп? – произнес из-за спины ленивый мужской голос.

Дрейк улыбнулся.

– Есть только один способ узнать, правда? – сказал он.

 – Ничего не делать. И смотреть, как вас вместе с вашим картелем технично имеют в жопу и выбрасывают на свалку, потому что ваш говенный товар никому не нужен даже задаром.

В комнате снова воцарилась тишина.

– То, что ты предлагаешь, – это война, – наконец произнес бесполый голос. – Чтобы начать войну, мне нужно нечто большее, чем болтовня посредника и доза хорошего грэя.

– Как насчет грэя, которого никто из вас даже не нюхал? – буркнул Дрейк. – Или вы с кем угодно готовы встретиться, чтобы покурить на халяву?

Трин метнула настороженный взгляд в темноту, и Дрейк понял, что перебрал.

После первой затяжки знакомый азарт ударил ему в голову, но почему-то не принес ни радости, ни успокоения. Страха больше не было – зато Дрейк отчетливо ощущал боль, которую раньше заслонял страх. Боль выливалась из него с каждым выдохом, но не становилась меньше – наоборот, чем глубже он дышал, тем яснее и беспощадней она нарастала.