~ А. Часть 2. Найти тебя

– Нет, мне звонить некому, – сдуру признаюсь я и тут же спохватываюсь: – Вернее, есть, но со своими звонками я как-нибудь без тебя разберусь, – говорю я, и Сечин злится – причем, злится на меня уже до такой степени, что от него даже искры летят. – Ты не обязан со мной возиться, я сама справлюсь, – пытаюсь объясниться с ним я, но Арсен, не дослушав, подхватывает меня под локоть, одним движением ставит меня на ноги и тянет к выходу.

Я даже не сопротивляюсь: сил выяснять с ним отношения уже нет. К тому же, он и так, по-моему, догадался, что ни в какое «домой» я, разумеется, не поеду, а собираюсь дать взятку охраннику и остаться ночевать тут, в «Бакулевском», потому что здесь мой Данила и потому что дома я точно с ума сойду от тишины, страха и одиночества.

Пользуясь заминкой, Сечин успевает ловко протолкнуть меня в вертушку дверей и выводит на крыльцо.

– Куртку застегни, – говорит он, а меня буквально начинает трясти. В голову приходит, что я еще могу обмануть его, если сейчас на его глазах вызову себе такси, сяду туда и, доехав до ближайшей развязки, попрошу водителя повернуть обратно.

Но номер не проходит: Сечин, сжав челюсти, сам запахивает на мне куртку, после чего буквально снимает меня с крыльца и конвоирует к стоянке. Его рука вроде бы вежливо поддерживает меня под локоток, но не стоит обманываться: хватка у него просто железная. Он, по-моему, вообще вцепился в меня, как краб.

– Так, давай без насилия, – напоминаю я.

– Если без насилия, то садись в машину, я тебя домой отвезу, – удерживая меня за рукав куртки, Сечин выбрасывает вперед свободную руку, щелкает брелоком, и его черный «Паджеро» выстреливает в меня бело-желтыми фарами.

«Значит, так просто мне не сбежать…. Ладно, как только отъедем, наберу Ритке, придумаю какой-нибудь достойный предлог и смоюсь от него по дороге», – думаю я, пока Сечин распахивает для меня переднюю дверь машины. Забираюсь на сидение и даже послушно пристегиваюсь. По старой, дурацкой, давно въевшейся в кожу привычке принимаюсь разглядывать салон машины.

Черная кожа, простые черные вставки. Ни финтифлюшек, ни отдушек, ни иконок, ни прочих глупостей «на счастье», которыми Игорь так любил украшать свой автомобиль. Пахнет только морозом, лимоном и новенькой кожей. Да еще окна заиндевели.

Пока я рассматриваю лобовое стекло, покрытое изморозью, Сечин, стоя у распахнутой двери, рывками расстегивает свою куртку, отчего бедная молния просто визжит, и с тем же непонятным мне раздражением сдергивает с шеи шарф.