Под чёрным крылом Феникса

Он прищелкнул языком и сказал:

– Барышня! Малышка Розали! Я знаю вас с тех пор, как вы мочили платье вашей матушки. Ну, да ладно! Так значит, вы находите Альфреда представительным?

– Еще бы, при таком-то росте! – рассмеялась я, немного смущаясь и оттого желая превратить этот разговор в шутку.

– Вы женщины, любите высоких мужчин. Кстати, он сын моего старинного друга. Ныне покойного, к сожалению. Но… поспешу к дорогой Мишель…

Я проводила его до спальни матери. Возле нее хлопотала Анриетта. Когда доктор вошел, я, не знаю зачем, на всякий случай притаилась за портьерой.

Вначале их разговор шел лишь о здоровье мамы. Она уверяла доктора, что уже чувствует себя прекрасно, а от вчерашнего отравления не осталось и следа. Месье Вернье на всякий случай осмотрел ее, а потом, очевидно, удовлетворенный, растянулся в кресле напротив кровати матери и сказал:

– Дорогая Мишель, у меня есть к вам замечательное предложение. Касательно вашей дочки.

– Которой?

– Розали.

Я вздрогнула за портьерами, и вся обратилась в слух.

– И что же насчет Розали? – мать приготовилась его внимательно слушать.

В общем, если месье Вернье что-то высказывал, то это никогда не носило легкомысленного характера. Напротив, он был очень ответственным и обязательным человеком, и моя мать, живя без мужа, всегда соглашалась с советами доктора. Тем более, мне надо было знать, что за предложение имеет он на мой счет.

– Мишель, скажите мне откровенно, вы еще не подумываете о замужестве Розали?

– О замужестве Розали? Увы, подумываю.

– Но почему же «увы»?

– Как вам сказать, ведь она красавица, кто только на нее не польстится, а что из этого выйдет, знает лишь бог. Я это к тому говорю, что смертельно боюсь отдать ее не за того мужчину, при нашем то положении. Мы не богаты, Робер, вы же знаете, что все эти годы я лишь стремилась создать видимость хорошего достатка, но сам достаток очень шаткий. Думаю, Розали не знает, как все на самом деле неопределенно. А если так, то где уж мне мечтать для нее о человеке с положением?

– Ну, не скажите, – доктор почесал затылок.

Мать, всегда весьма догадливая, мгновенно подалась поближе к нему.

– Робер? Вы о чем?

– О чем?.. Ну, кажется, я знаю человека, который мог бы стать достойной парой для Розали.

– И кто же это?

– Альфред Мош-Маресажь! – торжественно произнес доктор.

Я чуть не упала в обморок. Представляю, что бы сказала мать, узнав о моем подслушивании.