Дело о пропавшем боге

Но иные звери из государева парка и вправду давно перевелись в простых местах, – земли в империи было мало, на центральной равнине прорезанные канавками поля давно вытеснили болота и леса с живностью, описанной в хрониках первых династий.

Император затравил двух оленей с кисточками на ушах и вернулся во дворец за час до вечерней аудиенции в покойном состоянии духа. Императору было двадцать пять лет, он вступил на престол три года тому назад и еще не разучился любить красивых женщин, хорошие стихи и дикую охоту.

Политику он ненавидел и окружающих его царедворцев считал законченными негодяями. Мнение это проистекало из обязательного изучения «Наставлений сыну», написанных шесть веков тому назад, но до сих пор заслуженно остававшихся лучшим руководством практической политологии. Кроме меткого наблюдения о характере царедворцев, император усвоил и практический совет: ссоры царедворцев – залог их верности императору. Мнадес докладывал императору о всех проделках партии Ишнайи, Ишнайя докладывал императору о всех проделках партии Мнадеса, и личный секретарь императора, его молочный брат Ишим, пользуясь услугами не большой, но преданной группы людей, докладывал о мелких сговорах между обеими группировками.

Отсутствие императора задержало вечернюю аудиенцию на полчаса. Потом еще на полчаса и еще.

Потом ее отменили совсем. Потом сквозь толпу придворных прошел старший следователь столичной управы господин Нан. Его встретил молочный брат императора, Ишим, и препроводил в личные покои государя.

Через два часа Нан уже покидал столицу. Люди информированные узнали, что бог по имени Ир, в праздник которого и произошли волнения, придал большое значение случившемуся. Бог явился во сне главному первослужителю Ира и потребовал от него примерного наказания виновных. Бог также выразил уверенность, что розыском преступников должен заниматься старший следователь Восточной управы господин Нан.

Что ж – Ир – один из тысячи отцов императора, и отцовскую волю чтут выше всего.

Следователь Нан был удивлен и встревожен, когда его вызвали к императору. Следователь Нан было предположил, что речь пойдет об инисской контрабанде, или о партии чахарского шелка, с которой по его запросу был снят арест, или о той скверной истории с человеком из Аракки, когда Нан получил сорок тысяч, но пожадничал и сказал господину Ишнайе, что получил только двадцать, – и что Ишнайя мог проведать, что Нан его надул.