Болотная роща

Но пришлось ему брату довериться, дабы от голода и боли не погибнуть.

Поправился вскоре юный царевич и стал гулять во дворе, как ни в чем не бывало.

7

1

Яга подходила к окнам и закрывала ставни. Ей не хотелось, чтобы кто-то мог стать свидетелем ее первой ночи с Кощеем. Она собиралась спать у него на коленях, чтобы он никуда не сбежал. Яга доверяла черной магии, но все же решила проверить, не симулирует ли царевич жгучую преданность.

– Ты сегодня останешься здесь, со мной, – пояснила она, щелкнула пальцами, чтобы избушка распрямила курьи ножки, и прошлась к ступе.

 – Точно, у меня же нет кровати. Какая жалость.

– Мы можем вернуться в мой замок. Там много кроватей, – предложил Кощей.

– Не доверяю я твоему замку. К тому же его отобрала та вредная Русалка. Не хочу иметь дел с этой скользкой тварью, – Яга брезгливо высунула язык и дернула руками. – Я верну замок, но позже.

Кощей подошел к ней и пристально взглянул в глаза. От этого Ягу бросило в жар. Она вспомнила, как выглядел царевич в их первую встречу: темные серые глаза, светлые вьющиеся волосы.

Он посмотрел на нее, сидя на лошади, и сказал: «я ищу ночлег». Кощей не просил у нее разрешения остаться на ночь, просто поставил перед фактом. Но она была готова принять его любым. После тех писем, которые он ей писал…

Ягиня моргнула и нахмурилась. Слова Вурдалака закружились в голове, словно полчища его летучих мышей. Она отвела взгляд от Кощея и достала ключ из кармана. Сундук все еще стоял на земле.

Она могла похоронить прошлое навсегда, отказавшись от ключа, но любопытство, от рождения присущее ей, породило червоточину сомнения.

– Принеси-ка мне сундук, – сказала Яга Кощею.

Он выполнил ее просьбу, когда избушка присела на корточки. Занес тяжелейший сундук, как пушинку, даже не прогнувшись от тяжести.

Покрутив ключ в руках, Яга присела на корточки. Кощей встал рядом и наклонился, нависая над ее плечом.

– Уйди, это не для твоих глаз, – скомандовала она.

Царевич послушно отошел в угол.

Убедившись, что он ей не помешает, Яга вставила ключ в замок и трижды повернула его. Крышка открылась сама. Стоило ведьме чуть толкнуть ее, как изнутри посыпались письма. Сундук был забит ими доверху. Бумага почти разваливалась в руках, но все еще хранила слова Яги.

2

«Царевич!

Нет у меня в избушке пуховых перин, нет обуви, достойной твоих ног, как и сама я лишь та, кому суждено на мгновение украсть твое внимание.