Возвращаться – плохая примета. Том 2

Кавалеры и дамы, приятно проводящие время в лабиринтах парка, с воплями ужаса бежали к стенам, но добежали далеко не все.

Зомбированные пустые лица, безумные глаза и скрюченные судорогами руки магов и школяров магакадемии наводили ужас на всех попавшихся по пути.

Верховная Хранительница не дала себя поколебать – смёрзшееся в страхе сердце, прикрытое черной, как ночь, хламидой, не мог увидеть никто, а лицом она владела виртуозно. Вскинув руки, она снесла первые ряды нападавших простой силовой волной. Рядом встали спешно выбежавшие на передовую маги Тайной канцелярии,

– Молокососы, – дернула углом рта сиятельная дама.

– Силовики, – холодно констатировала старая интриганка.

– Сейчас еще старички наползут, – ехидничала дама.

– Ничего, им опыта не занимать – одернула даму Травница и, не мешкая, вновь вступила в бой.

Маги, волею случая оказавшиеся во дворце, поняли, что Хранительница держит периметр и поспешно разделились.

– Правильно, – язвительно хмыкнула леди Солариэсс, – тылы без прикрытия оставлять нельзя!

Маленькая группка травников осторожными пассами прощупывала защиту нападавших.

Неожиданно в голове всплыл один забавный случай с новой ученицей: девчонка пыталась ей объяснить, что такое безусловный рефлекс. Объясняла долго и муторно, тыкая наставницу иголкой и поднося руку к горящей свече.

Взгляд Верховной Хранительницы упал на изящные вазоны, расставленные по парку, и предназначенные для сбора дождевой воды. Взглядом опрокинув пару вазонов на зачарованных магов, Хранительница закричала:

– Вода! Обливайте их водой!

Силовики последовали ее примеру. Через минуту к ним присоединились Травники.

Толпа, щедро орошаемая струями воды на легком морозце растерянно застыла, а потом подалась назад. Ледяной душ продолжался уже за счет магически притянутых источников и фонтанов.

Шаг за шагом восставшие маги постепенно отступали. То тут, то там безжизненные маски сменялись паническими гримасами. Вода моментально намерзала пудовыми латами на плащах, примораживала к дорожкам парка ботинки и туфли, хрустальными каплями блестела в волосах и усах. Послышались растерянные крики и, наконец, все нападавшие позорно бежали, теряя рукава, башмаки, шляпы и даже парики. В дворцовом парке стало тихо и пустынно.