Сибил

Когда же она увидела еще одну незнакомку, то удивленно распахнула глаза. Это еще зачем? Зачем во дворец привозят этих девчонок?! Она хотела было махнуть рукой и отойти от окна, но тут Сибил встала во весь рост и Ума ее узнала.

– О боги! Мама, зачем ты это делаешь?! – побледнев, с горечью воскликнула Ума, хотя мать была далеко и не могла ее услышать.

За приездом Сибил наблюдала еще одна пара глаз. Увидев девочку, полная седовласая женщина откачнулась от окна и положила руку на сердце. Это она! Чуткое сердце матери Кера тревожно замерло.

Ей так хотелось увидеть всех этих девочек, привозимых одна за другой во дворец, что Брот даже надумала навестить очень-очень дальнюю родственницу, которая жила недалеко от дворца. Именно оттуда, из ее жилища, она и смотрела сейчас на Сибил, чувствуя неизбежность предначертанного…

Нет, она не могла ошибиться – от девочки, сидевшей в повозке, словно исходило свечение – и дело не в ее белом платье! А когда Сибил очутилась на земле и посмотрела прямо перед собой – вся такая серьезная и цельная, словно и не ребенок вовсе, Брот готова была поспорить, что несколько лет назад карты не обманули ее.

Ее карты вообще никогда не обманывали…

24

В маленьком девичьем сердце, словно в тесной клетке, билась огромная птица тревоги. Почему?! Зачем?! Для чего ее мать велела привезти из этой Тмутаракани девчонку, ради которой Даур не раз и не два тайно сбегал из города?! Да-да, сбегал! Она это точно знала! Потом, после жуткой порки Даура, Ума дала себе слово, что больше никогда не будет следить за ним, а уж тем более не сделает ничего такого, от чего ему было бы плохо.

Это было что-то вроде перемирия Умы с самой собой. Иногда лучше не знать правды, чем знать и мучиться, изменить-то все равно ничего не в силах. Так и Ума – жила и не знала, не хотела знать, словно и не было ничего. Жила, словно глаза прикрыла…

Но оказалось, что закрыть глаза – это еще не все. Иногда нечто происходит само собой. Вот так как сейчас… Несколько лет прошло, и эта девчонка оказалась тут! Ума тряхнула головой, словно отгоняя прочь только что увиденное и выбежала из комнаты.

Промчавшись по пустынному коридору, девочка чуть не кубарем скатилась с лестницы и устремилась к черному входу, через который во дворец попадали все низшие по положению. Выскочив на крыльцо, Ума со злостью смахнула со щек пару влажных капель и бросилась прочь со двора. Но не успела Ума свернуть за угол, как на нее чуть не налетел спешащий куда-то Науш.