Десятое Пространство

Я простой подросток, желающий ввергнуть этот мир в иступленное состояние небытия, разрушив все до основания, где не будет больше существовать никаких границ. Но сейчас я понимаю, что это ошибочный подход. Желание разрушить внешний мир проистекает от глубинного желания покончить с собственной заскорузлостью, нерешительностью, увязанием в гуще мысленных потоков и бесконечной гонкой показать свое «я», которое является лишь маской, навязанной общественными категориями успеха, популярности и желания понравится другим.

Та ночь явилась олицетворением моей борьбы против себя же. Эти потоки очищения метали восприятие по дорогам близким к сумасшествию. И наше с Марикой нахождение на оккультной вечере, будто лишь следствие той игры, которую затеял общий разум, желающий, чтобы мы пришли к Настоящему обновленными, свежими, с новым взглядом взирающие на окружающую действительность. Возможно, я ошибаюсь сейчас и все это лишь фантазия молодого мозга, ищущего разгадки странных обстоятельств. Пускай так.

«Решающее влияние на мировой мозг оказывает вера в собственные силы и знание, что изменить возможно все. Просто выйди из комнаты через другую дверь, (вообрази ее, нарисуй) и тебе откроется новая, блистающая гением действительность».

Засыпай мирным сном, дивное создание, нас ждут великие дела!

***

– Милый, просыпайся, пора идти на учебу! – Слышу мамин голос. – Твой автобус скоро уедет, а ты еще даже не покушал! – Слышу звук захлопывающейся двери. Отлично.

Сонный морок потихоньку отступает, прихожу в себя.

Тут до меня как в замедленной съемке долетают слова матери… Какой еще автобус? Я ведь всегда хожу пешком, и все это отлично знают, тем более что учебный корпус находится всего в 20 минутах ходьбы от моего дома. Смутное ощущение поднимается из недр медленного осознания.

Когда я встал, то дом уже пустовал. Я сходил в душ, потом оделся, пошел на кухню, поискать чего съестного и тут наткнулся на нечто совершенно неожиданное, поразившее своей необычайностью: на обеденном столе сидит курица.

Живая. Она с любопытством меня рассматривает, ее глаза похожи на шарики из темного янтаря, а светлые перья мерцают переливчатым, жемчужным блеском.

– Надеюсь, я тебя не потревожила? Мои яйца варились в той белой кастрюльке и уже как две минуты готовы, не мог бы ты их вынуть из воды и подложить под меня? Новые дети просятся во свет! – Она указала крылом в правую сторону, где находится плита с кастрюлей.