Почти как в сказке

Возле нее стоит потертое, но любимое кресло Зои Александровны, в которое та медленно, с поддержкой внучки, опускается. Ася садится вниз, к ногам прабабушки, на недорогой ковер из «Икеа».

Переведя дух, Зоя Александровна достаёт из кармана своей вязаной шерстяной кофты сверток. Секунду держит его в руках, словно прощаясь, а затем бережно разворачивает старую газетную бумагу и вынимает потемневшую от времени деревянную ёлочную игрушку. Протягивает ее правнучке.

– Что это? – спрашивает Ася.

– Ангел.

Ася задумчиво вертит фигурку в руках, рассматривает.

– Он плохо сделан, – выносит вердикт ребёнок, – на ангела даже не похож. Буратино какой-то…

Зоя Александра беззвучно смеется. «Видишь, дед Матвей, я в её возрасте тебе сказала то же самое, а ты говорил, что я ничего не понимаю в ангелах!»

– Это особый Ангел. Его сделали во время войны, в Ленинграде. Он меня защищал во время блокады. Да и потом… Всю жизнь защищал. А теперь он – твой. Тебя будет защищать. Хочешь, повесь его на ёлку.

Или под подушку положи. Только береги! Другого такого не найти, он единственный.

– А как он тебя защищал? Расскажи!

Зоя Александровна подалась из кресла вперед и нежно погладила Асю по белесой вихрастой макушке.

– Это он тебе сам расскажет, милая.

– Тогда я его сегодня на ёлку повешу, чтобы он ночью у нас в квартире освоился, а завтра к себе положу. А они с Дедом Морозом не поссорятся, когда тот ночью придет?

Ася бережно прицепила Ангела на ароматную еловую лапу, где вперемешку висели новые ёлочные игрушки и пластиковые шары.

– Ты что, нет, конечно. Они с Дедом Морозом старые друзья…

В прихожей хлопнула входная дверь.

– Папа с дедой пришли! – Ася вскочила и побежала встречать завьюженных с мороза мужчин.

Когда отгремели все салюты Нового года, а большая семья погасила свет в гостиной и уснула крепким сном, деревянный Ангел открыл глаза и огляделся. Кроме него, похоже, на ёлке не ожила ни одна игрушка.

«Наверное, это потому, что их делала машина, а не тёплые человеческие руки. Души в них нет», – подумал Ангел и осторожно вышел из деревянного тела.

Размял затёкшие крылья. Всё-таки, дед Матвей очень торопился, когда строгал деревянные: маленькие совсем получились, тесные очень.

Потянулся. Руки деревянные тоже только намёком вышли, вдоль туловища вытянуты.

Хорошо хоть ступни ног дед большие сделал. Можно сразу идти.

Ангел зашагал по квартире.