Про Перес и Бандюшко

– Я же говорю, что неплохо устроились! – снова зашептал Бандюшко. – Зайдем в банк и поменяем триста рублей на троллиные мурзики – моя доля!

Перес трудоустраивается

– Слава богу, у нас есть деньги! – обрадовалась я, когда Валерий Михайлович передал мне небольшую пачку пятитысячных купюр.

Но Человек, едва придя домой, лег на топчан Бандюшко и отвернулся лицом к стене – в точности как Чучо, когда впервые получила взятку.

А Бандюшко приоделся в полосатый махровый халат Валерия Михайловича и завалился на нашу кровать.

– Устал я после трудового дня! – по-хозяйски крикнул он. – Подайте кофе в постель!

Но вид у него был не усталый: глаза блестели, хвост победно откинут в сторону.

На его крик подбежала собака и тоже забралась на кровать.

– Ну, вот еще! – хором крикнули я и Перес.

– И моей собаке кофе в постель! – тем же тоном добавил Бандюшко.

Я схватила собаку за ошейник, а Бандюшко – за шиворот и спустила обоих на пол.

– Обижают труженика! – испуганно заскулил Бандюшко. – Я теперь главный добытчик!

– Он теперь главный добытчик, – глухо произнес Валерий Михайлович.

– Я не знаю, кто из вас главный добытчик, – воскликнула я, – но валяться в своей постели не позволю!

Бандюшко с собакой поплелись в ванную комнату и с обиженным видом уселись на приступке. Вскоре оттуда донеслось какое-то бормотание. Мы с Перес подошли к двери ванной и прислушались.

– Подумать только! – говорил Бандюшко вечно смеющейся собаке.

Пес радостно взлаял.

– А ведь я – простой деревенский тролль, без образования и связей!

Пес снова радостно взлаял.

– Вот чего мне не хватало! – продолжал аферист. – Простора!

Мы с Перес, удивленные, отошли от двери.

– Не к добру это, – шепнула мне Перес, – когда тролль исповедуется ездовой собаке…

***

Мне, конечно, было интересно узнать, что же произошло в бизнес-центре, но Валерий Михайлович на все вопросы отвечал невнятно и односложно.

Тогда я сбегала в магазин, приготовила вкусный ужин и накрыла на стол. Сегодня у нас все были сыты, даже вечно смеющаяся собака под конец застолья едва держала вилку и нож в лапах.

Тролли быстро заснули: Бандюшко на топчане, Перес на моей подушке.

И тогда Человек пересказал мне события своего тяжелого дня.

– Надо увольняться, – расстроенно проговорила я.