Семёновский маньяк

Чуть дальше нашего дома был брод – широкое мелкое место, там где раньше была бобровая плотина. А, не доходя до брода метров сто, прямо напротив нашего огорода, было место поглубже, где можно хорошо поплавать и понырять. Местные называли это место «яма», мальчишки его особенно любили за возможность прыгать с прибрежной вербы, так как здесь была хорошая глубина.

Когда вода бывала холодной, я переходила речку вброд, умывалась и топала наверх, к дому. Но в такие дни, какие стояли сейчас, когда вода не успевала за ночь остыть, я наслаждалась купанием в «яме».

Вот и сегодня, отдышавшись на противоположном берегу, я, прямо в шортах и майке, осторожно пробралась между камышами и, оттолкнувшись от берега, поплыла к середине реки. Не успела я сделать и пяти гребков, как почувствовала перед собой мощный всплеск, и волна от бултыхнувшегося рядом крупного предмета накрыла меня с головой. От неожиданности я хлебнула воды, закашлялась и, потеряв ориентацию, не имея возможности вытереть лицо и глаза, начала судорожно бить руками.

Через несколько секунд поверхность реки начала успокаиваться, и я уже подумала было, что сейчас выплыву, но тут меня кто-то схватил за волосы и сильно потянул назад. Я вскрикнула и снова хлебнула речную воду, ощутив её и в горле, и в носу, и даже в ушах. Нет, терять сознание и тонуть я не собиралась: в конце концов, я умею плавать. Пусть не очень хорошо, но речку шириной в десять метров как-нибудь осилю! Я попыталась перевернуться со спины на живот, чтобы отцепить волосы, но их сильнее тянуло куда-то в сторону, потом я услышала у себя над ухом голос, как мне показалось, раздражённый:

– Прекрати трепыхаться!

Я тут же и прекратила.

Сначала от неожиданности, а потом до меня дошло, что меня, оказывается, спасают. Мне это ни к чему, конечно, я бы и сама выплыла, но пусть человек думает, что совершил благое дело. Мне не жалко, а ему приятно.

Но довольным мой спаситель почему-то не выглядел. Как только мы оказались на мелководье, меня поставили на ноги, и я смогла рассмотреть, кому обязана тем, что теперь у меня болит весь скальп.

Стерев с лица воду, я открыла, наконец, глаза, и уперлась взглядом в… кадык. Опешила немного: всё-таки рассчитывала на лицо. Не поднимая взгляда, попыталась сориентироваться в пространстве, но боковое зрение ни справа, ни слева так и не достигло границ этого тела. То ли тело такое огромное в ширину, то ли я стою слишком близко к нему.