Пес, миллионер и прочие неприятности

В общем, ближайшие полчаса прошли для меня в состоянии крайней жалости, тоски и попытки хоть как-то улучшить положение. Наконец, женщина, звали ее Татьяна Викторовна, немного успокоилась и прошлась по квартире.

– Следователь сказал, что дело ясное, – произнесла она негромко, – якобы Витя был в состоянии наркотического опьянения, которое привело к такому исходу.

– Они провели анализ крови? – осторожно спросила я.

– Да. Обнаружено большое количество каннабиола. Говорят, он выкурил много марихуаны, – тут женщина снова чуть не заплакала, – я даже предположить не могла, что мой мальчик… Как так могло случиться?

Я участливо кивала, но внутри испытывала злость.

Все у них там, в следственном отделе, просто и ясно, притянули за уши, и ладно. Им бы только дело закрыть.

Вслух не стала высказывать свои мысли, спросила о другом:

– Может, Витя в последнее время был каким-то другим? Задумчивым или…

– Вы его знали? – спросила меня Татьяна Викторовна, я не решилась соврать.

Покачав головой, торопливо добавила:

– Просто я не могу поверить в то, что молодой парень безо всякой причины прыгнул в окно.

– А наркотики? – она смотрела на меня недоверчиво, и я, решившись, поведала ей о двери и тени в окне.

– Вы думаете… – разволновалась женщина. – Вы думаете, кто-то мог его…

Договорить она не смогла, я пожала плечами.

– Не знаю, но многие детали указывают, что все могло быть не так, как решило следствие. Я говорила им об этом…

– Почему же они не отреагировали?

– Следствие не склонно так глубоко копать.

У них работает метод бритвы окама: самый очевидный ответ и есть правильный. Не спорю, метод действенный, но на мой взгляд, сейчас куда очевиднее, что это было убийство.

Страшное слово было произнесено, как часто пишут в детективах, и Татьяна Викторовна уставилась на меня в легком ужасе.

– И вы хотите… – она запнулась. Я снова пожала плечами. Действительно, а чего я хочу?

– Я хочу узнать правду, – сказала я, и она кивнула.

– Но что я могу сделать? Пойти к следователю? Рассказать ему о ваших соображениях? Вы сами сказали, что он не отнесся к ним серьезно.

– Я и сама не знаю, что делать, – задумчиво почесала я голову, – может, нам стоит осмотреть квартиру?

– Зачем?

– Бывает, что на какие-то вещи не обращаешь внимания, а потом – бац! – а это на самом деле улика или знак.

Мы огляделись, и Татьяна Викторовна пожала плечами.

– Что ж, давайте попробуем.