Дожить до премьеры

В обозримом будущем никакого экзамена на „родительские права“ представить себе невозможно. Да и не хочется, честно говоря. Во-вторых, у меня сегодня было элегическое настроение. Как хорошо, что у меня есть такие классные подружки. Как хорошо, что мы собираемся по средам и отводим свои души. Ведь в этом и есть большой секрет для маленькой компании!

Бронька, когда заводится, совсем девочка. Трясет своими рыжими непослушными кудрями, пищит еще более тоненьким, чем обычно, голоском. Не скажешь, что внешней жизни она уважаемый специалист, повар-кондитер.

Когда Бронька приехала сюда, она бралась за любую работу и вкалывала на горячих кухнях в ресторанах самого разного пошиба. Потом устроилась в хороший, престижный ресторан. Потом стала специализироваться на десертах. А потом оказалось, что она совершенный гений в производстве необычных пирожных. Попросила хозяина ресторана сделать в меню строчку „десерт-сюрприз“ и давала волю своей фантазии. Могла сделать пирожное с крабами или с жареной картошкой. Могла соединить курагу с кокосами. Орехи с морковкой. Хозяин ресторана понял, что у него появилась та самая изюминка, которая нужная любому качственному заведению. Кроме того, в его ресторане часто проходили свадьбы и он стал предлагать свои фирменные (конечно, на самом деле Бронькины фирменные) торты. Бронислава непременно лично встречалась с заказчиками и пыталась понять, какой формы и содержания торт им подходит. И каждый раз угадывала. Теперь она уже не должна была работать восемь часов в день. Да это было и невозможно – болели ноги, спина, шея (долгие годы, проведенные на ногах, давали себя знать). По-идее, Бронька могла уже и не работать, а усесться на скромную, но достойную „социальную пенсию“, но ей нравилось творить воздушные замки из теста и крема.

Лидуся тоже горячится – краснеет и машет руками. Она вся – огромное доброе сердце. Сердце, пышущее любовью к детям – причем, любым, и даже скорее к заброшенным, неухоженным, невоспитанным. Мне казалось, что около нее можно было греться, как у печки – и дети это понимали.

Она возилась с теми, кто не делал домашние задания (в том числе и потому, что у них не было своего стола, своего угла, тишины или помощи). Она разговаривала с теми, кто был не разговорчив (из-за проблем в семьи или элементарно потому, что не умел говорить по-немецки). Она приносила кроссовки тому, кто был вынужден просиживать спорт на скамейке из-за отсутствия подходящей обуви.