Бог бабочек

У тебя очень мягкий, обволакивающий голос – ещё мягче из-за картавости. Ты толстая и некрасивая, – напоминаю себе. Толстая и некрасивая – значит, мне нечего бояться. Отличный защитный механизм. – Даже не знаю толком, как рассказать. Это от произведения зависит. Но, если в самом общем виде… Письменный комплексный анализ. Ты читаешь текст – обычно это стихотворение или малая проза, чтобы можно было уложиться в отведённое время. Читаешь, обдумываешь его и описываешь… своё ви?дение. Какие в этом тексте время, пространство, какие персонажи.

Какая композиция… То есть – как он устроен, – поспешно добавляю, смутившись: вспоминаю, что ты технарь. Это странно, потому что манера вести разговор у тебя совершенно гуманитарная – неупорядоченная, вдохновенная, с причудливым сцеплением мыслей и их перекличками. – В чём роль деталей, символов… Как развивается сюжет. И так далее, и так далее. И как всё это, внешнее, отражает внутреннюю суть.

– Ага, – задумчиво киваешь. – Типа, идею автора?

– Ну, не совсем.

Не только. Вообще все смыслы, которые не выражены прямо. Они могут быть вне идеи автора, могут быть вложены им неосознанно. Потому что внутри текста выстраиваются свои законы, он, по сути, сам определяет их и… – умолкаю. – Я могу тебя утомить.

– Нет-нет! – (Яростно трясёшь головой и поднимаешь руки, словно умоляя. В твоём протесте есть что-то детское – ребёнок так отказывается от каши или отрицает, что сломал игрушку брата). – Пожалуйста, продолжай! Я это всё… Не совсем так представлял.

Думал, вы пишете что-то вроде школьных сочинений. Ну, там, не знаю: «Вася Пупкин как герой-идеолог» или что-то подобное.

Улыбаюсь. Заменить какого-нибудь Онегина или Чацкого на Васю Пупкина – это святотатственно, но забавно.

– Нет, анализ – это совсем не школьные сочинения. Школьные я сама не люблю.

С недоверчивой ухмылкой округляешь глаза.

– Вот этого точно не ожидал! Думал уже, ты их пишешь просто для развлечения. Ну, вот нечего делать вечером – села, написала парочку сочинений.

Не выдержав, хихикаю.

– Эм, нет. Из-за того же «надо», что и все. И обычно они довольно… односторонние. Не порассуждаешь. Мне это не нравится.

– Точно! – (Снова щёлкаешь пальцами, будто мысленно накидывая мне ещё один балл). – Я часто такое замечал – что всё вот почти под копирку. Как будто заранее указано, что и как ты должен писать. И где смысл этого всего… А ты, наверное, будешь сдавать ЕГЭ по литературе?

– Да. Так себе вещица.