Брат Вереска

– И что ты собираешься делать? Красть её?

– Нет, – покачал головой Юстас. – Я собираюсь сдать учителя твоему отцу. И сдаться самому, хоть ты и просил меня об обратном.

IV

Шенди и Линуш слушали Юстаса молча, не перебивали и не задавали вопросов. Он рассказывал сбивчиво, порой путаясь в числах и днях недели, но потом поправлялся, начинал заново и старался не упустить ни одной детали. Юстас решил, что будет честным до конца, и раз додумался признаться, то не станет делать это наполовину. Он был готов к любому наказанию.

Был готов к тому, что Шенди повысит голос, к тому, что отец может сказать, что он его разочаровал, но он не был готов к молчанию.

– Теперь вы всё знаете, – после паузы добавил Юстас. Может быть, они ждали, что он скажет что-то ещё? – Я раскаиваюсь, – ещё немного помолчав, произнёс он.

– Верю, – тихо ответил отец.

– Ты думаешь, Инари воспользуется помощью кого-то другого, если ты откажешься ему помогать? – спросил Шенди.

– Мне кажется, да. Он ведь обучал меня, наверное, только для того, чтобы моими руками получить эту чашу.

– Значит, ты не должен отказываться.

– Что?

– Иди до конца. Укради чашу и передай её Инари. А мы возьмём его во время продажи. Заодно покупателя посадим.

– Но я…

– Что ты? Ты посчитал себя достаточно взрослым, чтобы совершить всё то, что ты совершил. Раз ты взрослый, то возьми ответственность за свои поступки. Мы не можем допустить, чтобы была похищена такая ценная реликвия нашего народа. И, разумеется, человек, который имеет наглость её похитить, должен быть наказан.

– Этот человек я.

– Ты исполнитель, а я говорю о заказчике.

– Пап, ты тоже так считаешь?

– Да, – кивнул Линуш. – Я полностью поддерживаю Шенди. Если у тебя получилось с этими хвостами, получится и с чашей, а мы тебя подстрахуем. У нас уже был подобный опыт.

– Подобный опыт?

– Ты же знаешь Джулиана. Однажды он украл из музея ценную золотую вещь. Его подстраховывала служба безопасности губернатора. Всё это было сделано для того, чтобы арестовать заказчика и покупателя.

Сейчас ситуация похожа. Разница лишь в том, что Джулиан был профессиональным вором, а ты ещё школьник.

– Я не оставлял следов.

– Почти. То письмо на печатной машинке – это раз. Ты выдал себя Оцелоту – это два.

– Я не повторю своих ошибок.

– Учти, это всё равно будет риск, так как мы не сможем посвятить в это много людей, – проговорил Шенди. – И если ты провалишься, ты будешь арестован.