Стальная стрекоза

– Лично я думаю, что первый вариант с убийством намного проще для исполнения, – проговорил Феликс, – но я боюсь, что с тем положением, которое занимает Уйгун в Ихтыре, найдутся люди, которые всё равно потребуют расследования. А тот факт, что Уйгун умрёт именно в ночь волчьей луны, которую объявил наследник великого шоно, местные могут воспринять как дурной знак. Это только настроит людей против Шелдона.

– Мелкий, ты ведёшь к тому, что нужно обвинять его в заговоре?

– Да. Но я пока тоже не представляю, как это сделать.

– Надо проверить, поддаётся ли он гипнозу, – предложил Юстас.

– Ты хочешь, чтобы Эриш заставил его признаться в своих намерениях перед народом? – догадался Неру.

– Главное, чтобы после этого признания народ не объявил Уйгуна мучеником, – сказал Феликс.

– Значит, признание надо подготовить, – проговорил Юстас. – Я постараюсь ещё больше сблизиться с Уйгуном.

Когда Эскоты вернулись в свой номер, Эриш сел рядом с братом и спросил:

– И как ты собрался с ним сближаться?

– Для начала давай сходим к нему вдвоём и ты всё проверишь.

Уйгун считает, что ты меня подстраховываешь, так что он не удивится.

– А если он не поддаётся?

– Вот тогда и будем думать, а пока я хочу спать.

– Тебе ведь стало легче, когда ты перестал обманывать нас всех, включая Шелдона?

– Стало.

– Но по тебе не заметно.

– Это потому что я устал. Завтра утром я снова буду весёлым тушканчиком.

Сказав так, Юстас ушёл в ванную, а, вернувшись, лёг и сделал вид, что уснул.

Спать на самом деле не хотелось совсем, несмотря на усталость. У него в голове не состыковались два образа. Один Уйгун, которого все любили и который делал всё для Ихтыра, и второй, который желал смерти Шелдона. С Буркхардом у Юстаса таких проблем не возникало, потому что он хорошо знал его истинную сущность и видел, что Элиот слишком многое делал напоказ, только чтобы иметь власть и деньги. Возможно, и Уйгун был таким же, вот только Юстас этого не видел. Если бы сейчас каким-то чудом выяснилось, что Уйгунов было два, Эскота бы это вполне устроило.

Дождавшись, когда Эриш уснёт, Юстас тихо встал с кровати и достал из кармана брата пачку сигарет. Он сам уже не помнил, когда курил последний раз. Врачи запретили ему это раз и навсегда, и Эскот прекрасно понимал, почему, но он сам был знахарем и считал, что от одной сигареты с ним точно ничего не случится.

Выйдя на общий балкон, Юстас закурил.