Когда ты будешь моей

Игорь оседлал своего любимого конька и рассказывает Марьяне о доме. Она слушает его вполуха и озирается по сторонам.

– В данном контексте наружная и внутренняя отделка – понятия неразделимые. Благодаря большому количества стекла, будущие интерьеры станут словно продолжением фасада, и наоборот.

– Очень интересная задумка.

– Вы правы! Но заказчик знал, чего хотел. С такими, как Демид, приятно иметь дело.

Бровь Марьяны скептически ползет вверх, но она никак не комментирует слова прораба и, неторопливо оглядываясь по сторонам, идет вслед за ним.

– Осторожно! Здесь не споткнитесь. Мы как раз работаем над проводкой…

– Угу…

– Как видите, используемые в отделке материалы довольно интересны сами по себе… Тут вы можете наблюдать фактурный ригельный кирпич ручной формовки. Разные оттенки он приобретает за счет неравномерного обжига.

– Красиво… – соглашается Марьяна, но внимание Игоря отвлекают работающие в доме электрики и ее слова повисают в воздухе, когда он извиняется и уходит посмотреть, что случилось.

– Пойдем на второй этаж. Там уже почти все готово. Покажу тебе Полинкину комнату. Может, ты захочешь добавить в интерьер какие-нибудь детали.

– Зачем? Разве ты не сделал этот дом точной копией дома моей мечты?

Марьяна оборачивается. Я вижу шторм в её глазах. Вижу смятение. Пожимаю плечами, старательно игнорируя вновь вырвавшуюся из-под контроля обезболивающих боль. Мне хватило ночных мучений, и утром я трусливо закинулся парой таблеток, чтобы выдержать этот день.

– Я готов предложить тебе все, что угодно, Марьяна.

Но ты же каждый раз выбираешь не меня. Правда? – спрашиваю устало, и чтобы сменить опостылевшую тему, продолжаю: – Пойдем. Дверь в детскую – вторая направо.

Зачем я это говорю, если все равно иду первым? Толкаю дверь, щелкаю выключателем и отхожу в сторону.

– Ну, как?

Я довольно отчетливо помню фото с той глупой доски визуализации, которую по совету психолога Марьяна сделала, в попытке справиться с депрессией. И надеюсь, что поступил правильно.

Может, конечно, стоило дождаться завершения работ, но… Ладно, что уж об этом думать.

Оборачиваюсь. Марьяна так и стоит в дерном проеме, будто не решаясь войти.

– Марьян? Тебе не нравится? Мы можем все переделать, ты только скажи. Надо было розовым все здесь выкрасить, да? Я же говорил! Говорил дизайнеру, а она пристала ко мне с этим «модным сливочным», выдержанным в общей стилистике дома…

– Нет-нет, что ты… Мне нравится.

– Правда?

– Да. Это великолепно.