Навеки твой. Прощай

Не потому, что не доверяли друг другу. Просто стыдились. Почему-то дети часто стыдятся того, что от них вообще никак не зависит…

– Мама! Мама, ты меня слышишь?!

– Да, милый?

Воспоминания отпускали нехотя. Постепенно. Будто осьминог – свою жертву. Одно щупальце за другим…

– Мы тут долго еще будем сидеть?

Лера растерянно осмотрелась по сторонам. Они были в подземном паркинге торгового центра, в котором договорились встретиться с Исаевым. А она не помнила, как сюда ехала…

– Нет, конечно, нет.

Отстегивайся.

– Я уже, – буркнул Тёмка.

– Вот и отлично. Папа ждет нас в Макдональдсе. Ты голоден?

Тёмка неуверенно повел плечами. То ли он не был голоден, то ли не очень понимал, зачем ему встречаться с отцом в торговом центре. Лера и сама не знала, какой черт ее дернул назначить встречу именно здесь. Толпа ей придавала уверенности. Исаев никогда не терял лица на людях. Только наедине…

Он встал им навстречу, когда они с сыном вошли в зал. Первым делом подхватил Тёмку на руки.

Подбросил его, визжащего, к потолку. Ну, вылитый отец года. А потом, пересадив того на сгиб одной руки, второй крепко прижал Леру к боку. Она совсем не ожидала такого радушного приема, поэтому не успела запротестовать. И не увидела, как кто-то в толпе сделал несколько снимков на телефон.

Глава 7

– Вот! Полюбуйся!

Уваров-старший швырнул на стол перед сыном свой айпад и, не в силах скрыть недовольства, сложил на груди руки. Удивленный таким поведением отца, Таир отвлекся от документов и скосил взгляд на экран.

А секундой спустя отвернулся, устало растерев переносицу.

– И? Что ты мне хочешь этим сказать? – тихо поинтересовался он.

– Я тебя предупреждал!

– О чем?

– О том, что она к нему вернется. Хорошо, что ты не успел сунуть нос в эту ситуацию. Только представь, каким идиотом ты бы себя выставил.

– Влезть… – Таир будто перекатил на языке это слово. И откинувшись в кресле, с прищуром взглянул теперь уже на отца: – Знаешь, даже интересно, как, ты думаешь, я бы это сделал?

– Все равно, как!

– Ты меня принимаешь за идиота?

Уваров-старший стиснул челюсти, и так отчетливо стало видно, как под кожей на гладковыбритых щеках задергался нерв.

А потом медленно выдохнул.

– Нет. За мальчика, который терял голову каждый раз, когда дело касалось этой конкретной девочки.

– Как ты недавно заметил, мы давно уже выросли, – холодно заметил Таир.