Мой папа – суперзвезда

Несмотря на свой вес и невысокий рост, она была достаточно сильной.

– Говорила же, что нужно уколоться! Больно?

– Терпимо… – прохрипел Влад. Отдышался, придерживаясь рукой за открытую дверь своей бэхи. Самым дерьмовым в этом всем было то, что от чертового сдавливания корешков, которое ему диагностировали, наверное, еще лет семь назад, в последнее время у него стали неметь ноги. Машину водить в таком состоянии было довольно опасно. Зря он вообще сел за руль.

– У тебя права есть?

– Что? – Аня уставилась на него с таким искренним недоумением, что раздражение Санина смыло волной.

Он шумно выдохнул. Задрал лицо к небу:

– Права есть, спрашиваю? Машину водишь?

– Вожу… То есть водила. А что? – вконец растерялась Аня.

– Садись за руль.

– Вы шутите?

– Садись, – прохрипел Влад, – считай, что твой первый рабочий день начался.

– Я не могу… Это ведь БМВ! К тому же я в жизни не ездила по дорогам с таким оживленным движением.

Влад поморщился. Оглянулся…

– Права у тебя с собой?

Аня кивнула.

Она как получила те права еще в восемнадцать, так и не выкладывала никуда. Носила с собой, под замком в старой сумке. Привычка такая…

– Запрыгивай. Здесь недолго по городу. А потом на шоссе и в деревню. В это время движение там нормальное. Сам не доеду. Болит…

Влад с большим трудом забрался на пассажирское сиденье, отодвинул его максимально назад и откинул спинку. А Аня все так же топталась на тротуаре, вгрызаясь зубами в губу.

– Так тебе нужна работа или нет? – рявкнул Санин, которого ситуация порядком подза*бала.

Аня запрыгнула в машину быстро, будто опасаясь, что мужчина передумает, неловко толкнув его при этом локтем.

– Извините… – отдернула руку, будто обжегшись.

– Ты как-то странно на меня реагируешь, – сощурился Влад, наблюдая, как судорожно она дергает переключатели и жмет на все кнопки, методом тыка изучая, что тут и как. Стеклоочистители ожили, заскользили по абсолютно сухому стеклу с не самым приятным звуком. Аня дернулась, опасливо покосилась на хозяина машины и быстрым движением вырубила дворники.

– Я буду признателен, если ты выключишь и подогрев сиденья. Я не замерз.

Щеки девушки окрасились розовым. А у него все внутри замерло. Настолько знакомой и близкой она ему в тот момент показалась. Какое-то странное дежавю… Так уже было когда-то. Воспоминания взяли в плен и потащили назад, туда, далеко-далеко, куда он не заглядывал больше. Где было слишком много горечи и неправильного.