Сердце бьется

Чувства удавкой сжимали горло, отбирая возможность сделать следующий вдох. И это было плохо. Ужасно плохо. Ей нужно было дышать. Дышать…

Алиса поерзала. Запрокинула голову, давая себе передышку.

– Мне продолжать?

– Да!

Пальцы внутри раздвинулись, усугубляя давление и дискомфорт. Может быть, ей было бы лучше, если бы он не смотрел… туда. Но Руслан не отрывал взгляда от того места, где происходило самое интересное. И его взгляд душил ее все сильней. Словно он в омут ее затаскивал. Легкие горели от невозможности сделать следующий вдох.

– Подожди… Пожалуйста! – пискнула Алиса.

Руслан тут же прекратил все движения. Убрал руку, сместился вверх, опираясь на локти.

– Ты передумала? – спросил он напряженно.

– Нет! Нет… просто это так…

– Больно?

– Нет! Так… много. Я словно тону.

Удивительно. Но, кажется, он понял, о чем она толковала. И совсем не разозлился. Его взгляд смягчился, хотя бушующее в них сумасшествие никуда не делось. Но он как будто сумел его обуздать. И это вселяло надежду.

– Чего ты хочешь? – спросил Рус, когда Алиса немного отдышалась.

– Поцелуй меня? – робко прошептала она. Руслан провел по лицу ладонью, сбрасывая с себя наваждение, опустил отяжелевшие веки и мягко коснулся ртом ее губ. В таком положении их тела соприкасались, и в тех местах, где это происходило, разгорался пожар. Алиса застонала, чуть приоткрыв рот, позволяя его языку проникнуть чуть глубже. Невыносимо. Невыносимо прекрасно, сладко и… мало. Алиса обхватила руками покрытые густой щетиной щеки, губами прижалась к ямке на мощной шее, притягивая Руса еще сильней, вдавливаясь в его тренированное тело своим.

Хрупким до невозможности. Сдаваясь в его власть. Он уперся коленом в матрац, закидывая ее ногу на свое бедро и, покрывая короткими жалящими поцелуями лицо и шею, спустился к груди. Алиса напряглась, думая о том, что Белый наверняка захочет снять с неё белье, но он с этим не торопился. Напротив, кажется, ему даже нравилось ласкать ее именно так, через плотное черное кружево, которое лишь добавляло его ласкам пикантности и остроты. Первым делом Руслан провел носом по ее напряженному до боли соску, обнюхивая ее, как животное. И только потом, вдоволь насладившись ароматом, осторожно вобрал нежный пик в рот и принялся посасывать, царапая тканью возбужденную кожу. Алису выгнуло дугой. Нежную плоть между ног оцарапала расстегнутая застежка молнии. Она громко всхлипнула. Скорее даже не от боли, а от остроты чувств.