Соль уходящего лета

– Тогда я что-нибудь накину и сразу в путь.

Ник зашел в номер, подхватил тонкую кожаную куртку и быстро вернулся к ожидающей его на крыльце женщине.

– Запрыгивай… Сейчас только немного прогрею.

Они ехали, неспешно беседуя. О погоде, о море, о предстоящем сезоне… Пока прямо им под колеса из травы не выскочил заяц, и Нику не пришлось резко затормозить. В ушах взорвался звонкий отчаянный крик. Ник съехал на обочину и обернулся к спутнице. Она сидела, вцепившись скрюченными пальцами в обшитую кожей торпеду, слепо уставившись вдаль.

Ее зрачки были панически расширены, а рот – приоткрыт.

– Лада… Лада… Ничего страшного не произошло. Это всего лишь заяц. – Его спутница перевела на Ника ничего не понимающий взгляд, и он повторил для чего-то: – Все хорошо. Мы целы. Да и заяц, думаю, тоже.

Женщина моргнула. Низко опустила голову и, разжав побелевшие пальцы, медленно растерла ими виски.

– Извини.

– Ну, что ты? Я просто… немного испугался за тебя.

Нику, наконец, удалось поймать взгляд ее когда-то зеленых глаз.

– Прости. Я не хотела.

– Да что же ты все время извиняешься?

Лада повела плечами и молча отвернулась к окну. Ник снова завел мотор.

– Я, должно быть, кажусь тебе истеричкой.

– Нет. Ничего подобного. Я понимаю, что это все неспроста. Значит, ты пережила в прошлом что-то ужасное.

– Да…

– Хочешь об этом поговорить?

– Зачем? Это невеселая тема.

– Возможно, тебе станет легче.

Лада отрицательно качнула головой:

– Не думаю, что эта боль когда-то утихнет.

Я потеряла мужа, я потеряла сына, я потеряла все, ради чего жила… – объяснила Лада, прежде чем отвернуться к окну. Ее слова наждачкой проехались по его оголенным ранам.

– Бытует мнение, что человек должен жить для себя.

– Да… Но я так не умею. Вот здесь сверни, пожалуйста. Мне на этой улице нужно выйти.

– Ты долго здесь пробудешь? Когда за тобой заехать?

– Мне нужно пару часов. Если тебе будет нетрудно, забери меня прямо из магазина.

Ник высадил Ладу у небольшого аккуратного шоу-рума, каких в этом городишке было великое множество.

Интересно, что она здесь забыла? Отчеты детектива, которого он нанял, свидетельствовали о том, что Лада целиком погрязла в заботах о гостинице, принадлежащей ее покойнику-мужу. За последние два года под маркой Владиславы Шумм не вышло ни единого платья. Макс отобрал ее бизнес, но не смог отобрать бренд. Практика же показала, что без имени Лады этот бизнес ни черта не стоил.