Все дороги ведут к тебе

Она нашла в себе силы открыть глаза, но тут же в панике резко зажмурилась. Александр успел раздеться… Теперь и она имела возможность увидеть его во всем пугающем великолепии.

– Ну, же, Лия… Открой глаза. Смотри, что ты со мной сделала…

А она не могла… Вид его вздыбленной плоти настолько сильно ее испугал, что, будь у нее такая возможность, она бы вообще убежала. Лия не понимала, как эта штуковина, похожая на обрубок сервелата, может в ней уместиться, не причинив вреда. Даже нотки раздражения в голосе мужа ее не пугали так сильно.

Александр подтолкнул ее к кровати. Так и не разжимая глаз, девушка упала на постель.

– Лия… – голос мужа стал намного более требовательным. Она приоткрыла веки и зачарованно на него уставилась. Медленными движениями руки он поглаживал себя по всей длине и сверлил ее взглядом. Второй рукой он поддел край её довольно скромных белых трусиков. Сдвинул их вбок, впервые касаясь жены между ног. Его пальцы подрагивали, и были ужасно горячими. Лия всхлипнула. Продолжая свои настойчивые поглаживания, мужчина сместился немного вниз, втянул сосок в жаркую влажность рта.

Одновременно с этим крупный длинный палец нащупал вход в ее тело и настойчиво туда толкнулся. Лия застонала.

– Сейчас, милая, сейчас… – а потом он опустился жене между ног и, ни секунды не раздумывая, в нее вошел.

– Да… Вот так… Как же хорошо, Лия… Твою ж мать, детка…

Какой там хорошо?! Она едва не закричала от острой, раздирающей на куски боли. Сместилась, в попытке избавиться от мучений, не выдержав, тихо всхлипнула.

Но этот жалобный звук не остановил ее мужа. Он как будто впал в какое-то совершенно невменяемое состояние. Чалый рычал, хрипел, задыхался от страсти, и все сильнее в нее врезался. Абсолютно ее не щадя, не уступая ни миллиметра пространства. Лие нравилось, что он был большим. Ей в этом виделась надежность, основательность и безопасность. Но в день свадьбы, придавленная его немалым весом, она испытывала лишь страх. Полнейшую неспособность ему противостоять… Даже если бы каким-то чудодейственным образом в ней появилась решительность это сделать. Наконец все закончилось. Он как-то особенно больно въехал в нее в последний раз и, тихо выругавшись, кончил. Прямо на нее.

Воспоминание оборвалось. Лия открыла глаза. И резко зажмурилась – электрический свет стал слишком большим испытанием для ее рецепторов. Она помнила, как ей стало плохо, помнила, как упала… Но женщина не знала, как очутилась в больнице.