Ты у меня под кожей

Или… все-таки знаю?

Глава 2

Саша

Надо встать. Надо что-то делать. Куда-то звонить… Кому-то. В конце концов, у отца хватает связей, и уж кто-нибудь мне точно поможет. Но я сижу, бестолково пялясь в стену, и не могу пошевелиться. В ушах шумит. Сквозь этот шум доносится ворчливый голос экономки, на которую случившееся, в отличие от меня, кажется, вообще не производит впечатления:

– Нет, вы посмотрите, что эти свиньи наделали! Перевернули дом вверх дном и свалили, а ты, Галя, убирай. Так, выходит? Вот скажи, Александра Ивановна, они что, не могли взять, чего им там надо, и уйти, как нормальные люди? Зачем было вытаскивать ящики из стола полностью? Или опустошать книжный шкаф? А чем им мешал ковер? Даже шторы, ты только посмотри… Даже шторы помяли.

Сглатываю. Кровь на лице берется корочкой, и в этом месте кожу немилосердно стягивает. Стираю потек тыльной стороной ладони и опять опускаю руку.

– Это такой психологический прием.

Во рту сухо, как в пустыне, и язык шевелится с трудом.

– Прием? – удивленно переспрашивает Галя.

– Ну, да. Так группа захвата деморализует объект.

– Они меня деморализовали, когда ворвались в кухню с автоматами! Этого было достаточно. Я едва не поседела, вот тебе крест. Посмотри, до сих пор руки трясутся…

– Мне очень жаль, – с остервенением тру лицо.

– Эй, ты же не надумала реветь?

Как будто я когда-то ревела! Качаю головой из стороны в сторону. Одной рукой опираясь на подлокотник, помогаю себе встать.

– Саш, ты как вообще? – Галя неожиданно меняет тон, и я понимаю, что ее поведение до этого – чистой воды бравада. – Сильно они тебя приложили, ироды?!

– Да нет. Все нормально. Не беспокойся. Мне нужно переодеться, – растерянно оглядываю себя в отражении зеркала. – Здесь случайно не осталось моих вещей? Не помнишь?

– Да полно! Топай в душ. А я тогда первым делом наведу порядок у тебя в спальне. Эти козлы везде сунули свой длинный нос – там еще тот бардак.

Киваю. Медленно плетусь в свою старую детскую.

– Привет! Я тебе уже сотый раз звоню, – возмущается в трубку моя лучшая подруга Наташа.

– Извини, Наташ… Я не слышала. У меня тут проблема. Точнее у отца… Я… – теряюсь. Делаю глубокий вдох, – в общем, его арестовали. А самое смешное, что я никак не соображу, как мне быть дальше. Что делать? Представляешь? Никак не соображу.