Через пламя во тьму

Споткнулась, упала, больно ударившись копчиком. Отползла на несколько метров, широко открытыми глазами глядя на неподвижные ветки, ожидая, что они вот-вот с треском разлетятся в стороны и оттуда на нее прыгнет чудовище.

Но ничего не происходило. Лишь бешено колотилось сердце, отдавая пульсом в ушах. Какая же она трусиха! Ее же просили о помощи, значит, там человек. Причем раненый и ослабленный.

Торопливо встала и вернулась, забираясь в густые заросли.

– Давай посмотрим, кто ты… – Добралась наконец до несчастного, разгребла листья и древесный мох, непонятно откуда взявшиеся, и перевернула человека на спину.

Резко вдохнула, закрыв рот ладонью.

Перед ней лежал Фахат.

Лицо и шея в запекшихся ожогах и покрыты сажей, волосы с одной стороны опалены, глаза закрыты. Почти месяц прошел с того нападения! Как он только сумел выжить? Видно, получилось убежать или испуганная пламенем лошадь унесла его с собой. Но выбраться из густой чащи не вышло. А может, драконы возвращались?..

– О боги! Фахат, ты меня слышишь? – осторожно провела ладонью по нетронутой огнем щеке.

 – Сейчас, потерпи…

Перебравшись к нему в изголовье, просунула руки под мышки и что есть сил потянула, попятившись. Мужчина оказался не таким тяжелым, как ожидалось, к реке подтащить его получилось минут за пять, с небольшой передышкой.

Лорелия присела рядом с ним на колени, набирая полные горсти холодной воды и омывая Фахату лицо, шею, грудь. Некогда белая ткань рубахи сейчас была темно-серой, в кровавых разводах и черных пятнах копоти.

Спекшиеся губы приоткрылись, вновь выпуская хриплый стон.

Скрутив из плотного листа королевского клена импровизированную чашу, попыталась напоить мужчину, но, сделав лишь несколько мелких глотков, он закашлялся кровью.

В груди поднялась паника. Ему нужна помощь знахаря, но дотащить мужчину до хижины ведьмы будет сложно и слишком долго. Значит, надо привести сюда саму Безымянную.

– Я сейчас приведу помощь, Фахат, слышишь? Я вернусь.

Подхватила корзину и побежала, так быстро, как могла.

Мимо мелькали знакомые ленты, обозначающие верный путь, под ногами змейкой струилась тонкая тропа, а в голове пульсировала всего одна мысль: она обязана его спасти! Аделла сойдет с ума от горя, если узнает, что он погиб. Наверняка уже передумала все самые ужасные варианты, которые могли приключиться с нею и Фахатом. Но сестра никогда не поверит, не убедит себя в их смерти, пока не удостоверится в этом лично.

Наконец лес расступился.