Этот жестокий волшебный мир. Книга 1

– Увы, не все мы вечны под луной. А ты не просто артефактор. Высших целителей у нас не так много.

Она посмотрела куда-то сквозь него, будто Ойр был прозрачным. Ему не нравились такие взгляды. Чаще всего они оповещали о нехороших мыслях собеседника, а в случае с Маржаной, это было единственное объяснение.

Маг прекрасно помнил момент, когда увидел эту женщину впервые. Пять лет назад, на его посвящении в Мастера она сидела по левую руку Ренара Второго и молчаливо прожигала присутствующих взглядом. Ее невозможно было не запомнить: яркая, красивая и недоступная, словно звездный свет.

Единственная фаворитка короля, которая уже в восемнадцать лет заняла пост советника при Ордене. А сейчас являлась главой отдела по аномальной магии.

После той первой встречи он видел ее еще несколько раз на важных приемах и балах. И лишь шесть месяцев назад наконец познакомился персонально.

Стоял теплый майский день. Ему принесли письмо с печатью Ордена. В конверте, без какой-либо записки находился активированный портал памяти.

Недолго думая, он прошел по нему и очутился в кабинете, где последовало предложение, от которого нельзя было отказаться. Монархам не отказывают. Правда, от имени короля говорила Маржана, но это сути дела не меняло.

Контракт был подписан и с тех пор ему не хватало часов в сутках.

– Кстати, всегда хотел спросить, зачем нужен столь… кхм… одаренный человек как я, если меня ни разу не пригласили в главную лабораторию? Для чего вам артефакт Мор?

Ойр наконец задал интересующий так давно вопрос, но ответа не суждено было узнать.

Маржана снисходительно улыбнулась, бросив короткое прощание и отключилась. Вся эта таинственная муть стала не на шутку его раздражать.

Не успел он откинуться на спинку кресла, как одна из двадцати лампочек над дверью замигала красным. Благодаря такому оповещению, деканы могли отслеживать своих студентов, где бы те не находились. Лишь бросив короткий взгляд на раздражающий огонек, понял – полигон.

В животе неприятно заскребло. Почему-то вспомнилась новоприбывшая Волонская. Скрипнув зубами, поднялся, рывком открыл двери и стремительно вышел.

Ойр ненавидел конфликты с Дэйрингом. Он нередко превышал полномочия, нарушал правила безопасности и никогда не считал себя виноватым. Потому, чаще всего, студенты оставались у него на долгие часы отработок независимо от того, на чьей стороне правда.

Осенняя природа встретила резким порывом ветра в лицо.