Снежных магов не предлагать

 – А потом по секрету всему свету рассказывают, какой он страшный и ужасный. Неужели действительно думают, что Кириан ничего не знает об этом? И ведь ни одна из них даже не попыталась узнать его настоящего!»

Мотнув головой, отгоняя неприятные мысли и стараясь унять раздражение, Максимилиан пристально посмотрел на своего друга.

«И ведь не урод, – констатировал он, стараясь увидеть Кириана женским взглядом. – Высокий, широкоплечий, с мускулистой фигурой. И черты лица правильные, словно их вылепил искусный скульптор.

А сочетание иссине-черных волос и вишневых глаз… Так, стоп, почему вишневые?»

– Вашество, ты бы осторожнее был, – вкрадчиво сказал Макс, подавшись вперед. Заметив непонимающий взгляд императора, лаконично пояснил: – Иллюзия.

Ухватившись двумя пальцами за длинную прядь волос и поднеся ее к глазам, Кириан тихо выругался:

– Вот же шерховы дети[2 - Шерхи – мелкая пакостливая нечисть, когда-то очень давно обитавшая на Эдее, но уже около трех тысяч лет ее никто не видел. Зато ругательство «шерховы дети» считается одним из любимейших у людей, которые применяют его и к месту и не к месту.

]!

Император выпрямился в кресле и, прикрыв глаза, приступил к созданию сложной пятиуровневой иллюзии. Она требовала не только огромной концентрации, и значительной магической силы, но и ювелирной точности.

Не каждый маг пятой ступени мог с ней справиться, даже если обладал хорошим резервом. Но в тоже время эту иллюзию было практически невозможно обнаружить, настолько плотно она переплеталась с магическими потоками в теле человека.

Именно этот факт и заставил императора в совершенстве овладеть таким сложным заклинанием. Правда, был в ней один существенный недостаток. При сильнейшем эмоциональном всплеске она могла развеяться.

А в это время, глядя как его друг медленно возвращает себе былой облик, Максимилиан думал о превратностях жизни.

«Прежнему императору приходилось накладывать эту иллюзию, чтобы скрыть признаки нестабильности силы. А его сын вынужден скрывать тот факт, что он уже давно и в полной мере подчинил свой внутренний огонь».

Когда в детях просыпалась сила, это сказывалось на их внешности. Волосы юных магов приобретали цвет той стихии, к которой они были предрасположены. Так у огневиков они становились красными, словно пламя. У водников и воздушников – синими и голубыми, немного отличаясь оттенками. У земляных – коричневыми, у некромантов черными, а у целителей – золотыми, вперемешку с серебристыми прядями.