Хроника смертельной осени

 – Очень плохо.

– Она не захотела меня видеть, – сказал Мигель.

– Я знаю, – откликнулся Антон без всякого злорадства. – Меня она тоже не хотела видеть.

– Но тебе удалось? – Мигель наконец нашел в себе силы повернуть голову и посмотреть на Ланского. Тот сделал неопределенный жест.

– Удалось – громко сказано, – признался Антон. – Жики заставила ее поговорить со мной. Наверно, ей долго пришлось настаивать.

– И что теперь?

– Она уехала, – коротко ответил Антон. – В Париж вместе с Жики.

Мигель не собирался рассказывать Антону, что прекрасно знает, где находится Анна, и более того, уже пытался встретиться с ней – правда, безуспешно. Конечно, если б его поездка в Париж и визит на улицу Жирардон оказались бы более удачными, то, вероятно, он не преминул бы доложить об этом Антону. Но пока хвастаться было нечем, и поэтому он только спросил:

– Ты ей звонил?

– Нет. Это ее право – не видеть меня, если не хочет. Захочет – она знает, как меня найти. Лучше глянь-ка, кто пожаловал…

Мигель посмотрел направо и увидел бредущего по коридору Орлова.

Тот выглядел скверно – небрит, неряшливо одет, и, как показалось испанцу, не совсем трезв.

– Ты что тут делаешь? – сквозь зубы спросил Мигель.

Орлов не ответил, даже не поздоровался, а только коротко взглянул на них и постучал в дверь с табличкой «Старший советник юстиции следователь по особо важным делам Сергеев В.В.»

– Заходите, – услышали они и Орлов скрылся за дверью.

– Думаю, нам тоже пора, – Антон встал.

Он не стал стучаться и зашел в кабинет. Мигель последовал за ним. Орлов уже расположился на одном из стульев у стены. Антон и Мигель сели напротив.

– Спасибо, что откликнулись на мое приглашение, – Сергеев вынул из стола пухлое дело и начал, не торопясь, развязывать тесемки папки. Антон удивился про себя – неужели дела еще ведутся на бумаге? Он был уверен, что все давно уже хранится на цифровых носителях. Тем не менее, перед следователем оказалось вполне традиционное дело, и он, наконец, тесемки развязал и принялся в нем копаться.

Пауза становилась невыносимой. Первым не выдержал Мигель.

– Господин следователь, вероятно, хотел нам что-то сообщить? – в его голосе явственно звучала ирония. Но Сергеев счел за благо ее не заметить.

– Да-да, – буркнул он. Тут снова распахнулась дверь, и на пороге появился хорошо знакомый всей троице капитан Глинский. Вернее – майор Глинский.