Истинная: я хочу от тебя сына!

Лиля со снисходительной улыбкой уточнила у нашей болтушки:

– И как, небось того красавчика французского художника обсуждаете?

– Его самого, – улыбнулась я в ответ.

– Папа мальчика, между прочим, тоже хорош собой, такой мускулистый, брутальный и одевается стильно… – вставила свои пять копеек Лерочка, но затем со вздохом добавила. – Жаль только, жену свою сильно любит. И что только красавчики в таких посредственностях, как она, находят?! Он, например, ни отходит от неё ни на шаг. Во всем пытается угодить, бегает вокруг неё, то кофе принесёт, то еды.

И чуть ли не с ложечки кормит! Не знаю… может, это он у неё так за аварию прощение высмаливает? Не верю я, что такой солидный и эффектный мужчина вот так всегда к своей женщине относиться будет…

– Тебе-то, Лера, что об этом переживать? У тебя же вроде парень есть, Стас кажется?! – Поддела её я.

– Хм, ну, что Стас?! Вы только сравните: где он, а где эти французы… Художник, между прочим, о вас вчера спрашивал… – проговорила Лера, смотря прямо на меня.

– Обо мне? – удивилась я.

– Ага.

– И что спрашивал?

– Да так, по мелочи. Я подошла к нему уточнить, не ошиблась ли я, что он тот самый художник. Так он мне и автограф дал на открытке с изображением его работ, и билеты на свою выставку подарил! А потом, как бы невзначай, уточнил у меня, кто на самом деле оперировал Артёма, и почему вы домой ушли после операции, не остались на смену.

– А ты что сказала?

– Так и сказала, что не ваша смена была, и остались на операцию вы из чистого благородства.

И если бы не ваши золотые руки, не факт, что мальчика бы вообще спасли.

Я грустно вздохнула. Лера родственникам мальчика кучу служебной информации разболтала. И искренне не понимает, что натворила.

– А что не так–то?

– Всё не так! – вмешалась Лиля в разговор. – Болтун, как говорится, находка для шпиона! Ты ведь так и подставить неосознанно своих коллег сможешь. А если они жалобу напишут, что хирург сверх смены, усталый операцию проводил?! Об этом ты не подумала?

Лерочке явно разговор в таком ключе пришёлся не по душе, и она выпалила:

– Ой, у меня дел столько, а я тут с вами заболталась… Ладно, пошла я работать…

– Иди уже давай, – подзадорила её Лиля.

Она недолюбливала Леру за болтливость. Лерочка вспыхнула, и ушла, громко стуча каблучками.

– Как ты? – Спросила меня подруга, когда мы остались с ней наедине.

– Нормально. – Я пожала плечом, не понимая вопроса.