В моей шкуре

Точно не знаю, когда это случится, но у девочки десять процентов акций, которые ей не нужны. Вот бы их заполучить…

– Флиртовать с Бесовым! – воскликнула Виола, разбив все мои мечты в дребезги своей иронией. – Придумал же! Ещё вина?

Придвинул бокал к горлышку бутылки и Виола наполнила его красной жидкостью.

– Мы же сделали тебя замужней женщиной. Как, по-твоему, это будет выглядеть? Нелли Фалева, жена моего брата, шлюха?

– Ну, хватит, Виол. Я понял тебя.

– Знаешь, братец-сестрец… – Она встала, чтобы уйти, наверное.

Надоел я ей своими разговорами. – Мне кажется, что ты еще не до конца понял, что стал женщиной. Напомню только, что на тебя не костюм надели. Ты даже не трансвестит или транссексуал. Твоя душа переселилась в женское тело. От тебя остался лишь воздух… ну, и одна пятая часть мозгов.

Высказавшись, сестра ушла к себе, оставив меня со своими никчёмными мыслями. Желание завладеть еще пятнадцатью процентами акций, чтобы переплюнуть Бесова и стать владельцем самого высокого пакета, перешло в манию.

Да, я, черт возьми, не мало пахал на эту фирму. И теперь добился того, что могу встать во главе и принимать решения самостоятельно. Меня Бог превратил в женщину, чтобы я остепенился. Другого объяснения просто нет. Но я упорно иду к прежней цели, сбивая преграды, не задумываясь о последствиях.

Когда совсем стемнело, я постучался к Виолетте в комнату.

– Спишь?

– Заходи.

Я вошел и сестра тут же прыснула.

– Не ржи как конь, – буркнул с упрёком, сам едва сдерживая улыбку.

 – Мне удобно в своей одежде.

– Ладно, садись. – Виола потеснилась, и я забрался к ней под одеяло. Моя футбольная форма – трусы до колена и футболка – приятно холодила кожу. Черные волосы убраны за уши. Я хотел их обстричь, но Вила отговорила. «А если девушка не хочет получить обратно своё тело с короткими волосами? Представь, что ты взял его напрокат и должен вернуть в целости и сохранности», – убеждала она меня. И убедила.

– Я трус.

– В тебе заговорила женщина.

– Нет, серьёзно. Я боюсь завтрашнего дня. Я могу проснуться в своём теле или вновь надеть юбку. Кто я теперь? А если это навсегда?

– Так… давай только не будем падать духом. Будет день, будет пища. Завтра сделаем тебе паспорт и права на имя Нелли Фалева. Денег придётся отвалить немало, но зато подделку от оригинала не отличить.

– Спасибо, Виол, – искренне произнёс я и поцеловал сестру в висок. – На свете нет лучшей сестры, чем ты.