Конрад. Дух ягуара

Это пугало и в то же время вдохновляло на то, чего никогда не могло быть у смертника.

«А вдруг я и в правду могу жить?»

Глава 2 «Маска смертника и спрятанное клеймо»

Этот внушительный зал, очевидно, давно не был востребован обитателями замка. Пыль летала в затхлом воздухе и осаживалась на столах и полках многочисленных книжных шкафов, въедалась в обивку диванов и кресел. Окна без занавесок закрыты на наружные створы и темноту разбавлял костёр в камине, настенные свечи и факелы. Их зажигала статная седовласая женщина в чепце и в строгом чёрном платье.

Огромная люстра на высоком потолке, казалось, вот-вот сорвётся с цепей и под гнётом древности рухнет на головы.

Затаив дыхание, выживший смертник смотрел на ворвавшегося в зал человека. Никогда ещё его не почитали вниманием такие важные особы.

Верховного рыцаря, лорда Демиа?ра, он видел издали, перед сегодняшним боем. Восседая на коне, он наставлял смертников и королевскую армию на доблестный, беспощадный поединок, взбодрил всё войско громким лозунгом: «Умри, но сделай! За Родину! За королевство Андрокад!» и ускакал куда-то в тыл.

Вблизи верховный рыцарь оказался худым мужчиной с сальными волосами до плеч, жидкой бородкой и надменно вызывающим выражением лица. Блестящая кольчуга с новеньким щегольским плащом почти наверняка отродясь не видывала клинка и крови.

– Как ты посмел ослушаться приказа, смертник?! – запыльчиво отрезал лорд. – Ты должен был стоять до последней капли крови!

– А не напомнить ли, что должен был ты, Демиар? – подала властный голос леди Аделит.

 – Моя дочь угодила в грязные лапы кайергардца, хотя ты должен был привезти её из Сант-Валлиса только завтра!

Признаться, на своём коротком веку смертник видел мало женщин, и были это в основном воинственные – а некоторые и вовсе мужеподобные – амазонки. Девушек в лагере Каларгон было не много, но и те от парней отличались мало. Леди Аделит же казалась самой необыкновенной женщиной, от неземной красоты которой захватывало дух.

Одетая в длинное платье, расшитое золотыми нитями и стягивающее корсетом узкий стан, она с непринуждённой лёгкостью держала прямую осанку и с гордо поднятой головой, увенчанной высокой причёской, взирала на рыцаря. Золото и бриллианты на её груди, запястьях, пальцах и в ушах так и сверкали. Она сама походила на живую драгоценность и, похоже, принимала это как должное.

Демиар нервно дёрнул носом, разгладил лицо и обернулся к леди Аделит с натянутой улыбкой.