Нестабильное время

Еще одна маленькая радость. Человек живой рядом! Конечно, и ему нелегко, помощи от него никакой, но он живой! Возможно, что все, кого она знала, и ее дружный коллектив, и вредная вахтерша, и Зоя, и Леночка…. Весьма вероятно, что они погибли. А она вот пока жива. И находит еще причины для радости. Например, свежий воздух, и этот голос. Правда, еще неизвестно, в каком состоянии незнакомец, и долго ли еще сможет говорить.

– Вы из нашего института? – поинтересовалась Надежда.

– Нет, я журналист.

– Журналист? А да, припоминаю.

– Надежда Андреевна?

– Поздравляю! Мы еще с вами при памяти! – горько ухмыльнулась она.

«Это не имеет значения»– такими были ее последние слова, сказанные этому человеку в той стабильной жизни, когда она буквально выставила его из своего кабинета. И вот теперь, кабинета нет, а человек остался. И это все-таки важнее. Последние часы жизни важнее, чем ее кабинет, ее должность, и даже груда металлолома стоимостью несколько миллионов в валюте, которая занимала все ее помыслы еще час назад.

– Что же вы так, Надежда Андреевна, – спросил Павел, – мы все так на вас надеялись, а вы не предупредили.

– Я предупредила давно, – возразила Надежда, – Помните, год назад многие покинули город? Некоторые даже уехали туда, где по моим расчетам будет безопасней. Но народ склонен к недоверию. Через несколько месяцев, все вернулись на насиженные места. К сожалению, я не могу пока рассчитать день в день.

– Да, да, я помню! Вы единственный в мире человек, предсказавший землетрясение. Только нам с вами это не помогло.

– Нам не помогло, но с точки зрения развития науки…, в общем, меня запомнят те, кому доведется выжить в этой заварушке. Может быть, моя теория и станет основой нового витка развития сейсмологии, – хорохорилась Надежда.

– Вы правы, – вздохнул Павел. – Это я иронизирую по дурацкой журналистской привычке. А может, из зависти.

– Вы так думаете?

– Думаю! Что еще остается делать, если я зажат какой-то дверью, а может шкафом. В первые минуты я думал о том, как выбраться из этой щели. Но потом приуныл. Это, правда, что в смертельной опасности вся жизнь пролетает перед глазами. Удивительно, как мало времени нужно, чтобы вспомнить свои ошибки, и понять, что для тебя действительно важно. Ведь в обычной суете на это могут уйти годы и десятилетия.