Бьянколелла. Вино любви

Твой путь к нему – это постижение прекрасного.

– Но, матушка, – перебила ее Бьянка, – красота – это и есть Бог! Ведь когда я разглядываю сверкающую, как бриллиант, каплю росы на траве или любуюсь нежным цветком померанцевого дерева, когда я пытаюсь красками передать дивную красоту закатного неба, мое сердце разговаривает с Богом.

Аббатиса понимающе улыбнулась.

– Конечно, это так, дитя мое, но Бог – это не только красота. Это еще и смирение. Христос до конца смирил себя ради людей и хотел нас видеть смиренными перед его величием.

Смирение рождается от послушания, и оно же ведет к бесстрастию.

Твоему сердцу будет трудно обрести покой. Оно всегда будет в смятении и поиске. Ты всем своим существом будешь стремиться постичь прекрасное, стремиться страстно, безудержно. Наверное, в искусстве должно быть именно так.

Помнишь, мы читали у Дидро[72 - Дени? Дидро? (1713–1784) – французский писатель, философ-просветитель и драматург.], что только великие страсти могут поднять душу до великих дел, а без них – конец всему возвышенному в творчестве.

Ты постоянно будешь неистово желать, чтобы твои будущие картины были лучше, искуснее, чем сегодняшние. Желание лучшего – это всегда искушение, которое претит смирению. А без смирения нет монашества. Истинная монахиня без остатка предает себя служению Господу, она служит ему в постах и молитвах денно и нощно.

– Но я же могу стать терциарией[73 - Терциа?рии (от лат. tertius – третий) – члены существующих при некоторых католических монашеских орденах Третьих орденов.

Третьи ордена (первой считается мужская ветвь ордена, второй – женская) предназначены для людей, желающих принять на себя обеты и жить в соответствии с духовностью ордена, но не покидать мир.], – возразила Бьянка крестной.

– Не забывай, дитя, что и для терциариев обязателен обет послушания. А, как говорил преподобный Ефрем Сирин[74 - Ефре?м Си?рин (306–373) – христианский святой, богослов, один из учителей церкви IV века.

], «послушание есть смерть собственной воли и воскрешение смирения».

– Что же мне делать, бадесса?[75 - Баде?сса (итал. badessa) – аббатиса.] – спросила девушка в полной растерянности.

Селесте на миг задумалась, будет ли правильным ее наставление? Верно ли она истолковывает замысел Божий? Не уведет ли она своими речами это чистое и невинное дитя с пути истинного?

– Девочка моя, Господь всеведущ и всемогущ.