Долг жизни

То с крыши упадёшь, пока чинишь её, то в колодец, можно и ногу подвернуть или топором чуть пальцы не отрубить.

Была у меня одна особенность, я потенциально или очень невезучая, или наоборот везучая. Меня может сбить машина ночью там, где в принципе не бывает машин, а могу и билет в лотерею выиграть. Всю жизнь у меня такие качели из крайности в крайность. Друзья смеются, а я не обижаюсь.

– Так, подожди меня здесь, а я за машиной. Иначе мы не дотащим твоего папу, он очень тяжелый.

– Нет, не оставляй нас!– взмолился он, хватаясь за мою руку.

– Давай так, ты идёшь со мной, а я потом вернусь за твоим папой. Идёт?

– Нет! Я не оставлю его!– какая же преданность в детях. У меня даже в глазах защипало от этого. Как же я хочу себе такого защитника!

– Хорошо, дай мне пять минут!

К домику я бежала, как ненормальная. Как села и доехала, уже не помню, меня подгоняла лишь одна мысль – успеть!

Ровно через пять минут я уже грузила тело на заднее место, и далось мне это с трудом.

Я вешу пятьдесят, а мужчина за сто. Малой крутился рядом и пытался помочь, чем может, то дверь откроет, то голову придержит, пока я папочку опять об машину не ударила. Папин помощник!

Совместные усилия окупились, и минут через десять мы уже тащили мужчину в дом. Правда, пришлось пару раз его уронить, да и об косяк он ударился знатно, но будем считать это анестезией.

Всю ночь я пыталась зашить раны, перед этим вытащив пули. Пока штопала мужчину, познакомилась и с мальчиком. Его звали Роман, десять лет, его выкрали после школы и шантажировали отца.

На вопрос, чем занимается папа, промолчал, – умный пацан.

Посмотрела на форму мальчика и вспомнила по элитную школу, куда берут лишь богатеньких или очень умных. Мужчина тоже был одет так, словно со званого ужина ушёл. Дорогие брюки, кожаный ремень и туфли, от рубашки, правда, остались лишь лоскутки, но и она явна была дорогая. Знатные часы, которые стоят больше моей пятилетней зарплаты, и золотая печатка на левой руке.

Кто же вы такой?

Рома заснул, и я, перенеся тельце на свою кровать, вернулась к пациенту. Стерев всю кровь с лица, поняла, что мужчина чуть старше меня и красив. Прямой подбородок, тонкие губы, нос сломан, но это не беда. Прямые скулы, легкая щетина, модная стрижка черных волос.

– Да ты красавчик,– прошептала, стирая теперь кровь с безупречного тела. Даже все раны не могли его испортить. Широкая грудь, накачанные руки, все кубики на месте.