Сизый

– Похоже на излом… Или пространства, или времени, или нашего корабля…

Высказать мнения и предпринять какие-либо меры не успели. Мгновенная вспышка ослепила людей и они повалились на пол.

Корабль, словно игрушку, вертело и крутило, унося всё дальше в загадочный космический пространственно-временной пролом. Только чудо могло спасти эту скорлупку в руках бушующих энергетических потоков.

Глава четвёртая. Встреча

Ночной воздух сгущал белёсый туман. Ватно-кисельные облака шапками покрывали деревья и кустарники.

В последние годы планета словно засыпала, погружаясь во влажную атмосферу, поощряя растительность увеличивать своё количество и размеры, угнетая поведение более подвижных жителей планеты.

Гулким эхом отзывались шаги и затихали, исчезали в бесконечных арках длинного коридора. Не знающему здешнюю местность можно легко потеряться в непроходимых чащобах, прилегающих к замку. Гелиос вынырнул из анфилады арок и бесшумно зашагал по влажной сероватой траве. Словно тень, двигался он между деревьев.

Там, за рощицей находилось его сокровище – высокая башня с астрономическими приборами.

Первосоветник обожал звёзды. Невероятно вспыльчивый характер успокаивало только холодное сияние небесных светил. Гелиос часами мог наблюдать за ними, не отрываясь от окуляра им же созданного телескопа. Чудесно и завораживающе – видеть, как тысячекратно увеличивается в волшебной трубе звездочка – песчинка. Ещё он надеялся, что там, в бесконечной глубине вселенной, живет его самый близкий человек.

Гелиос рано потерял семью. Мать ему заменила старшая сестра. Даже когда жрецы избрали юную магию для посвящения, она находила время для заботы о младшем братишке. Прошло время, оба выросли и их пути разошлись. Гелиос ревностно ненавидел того, кто заимел право быть рядом с его сестрой. И когда виной её возможной гибели стал этот иноземный выскочка, гневу первосоветника не было предела…

Гелиос продолжал надеяться, что всё обошлось, она жива и поныне. Пусть не рядом с ним, но продолжает дышать, радоваться, владеть магией и любить его.

Первосоветник усилием заставлял себя вспоминать уходящий в туман дорогой образ, видел в серебристом свете звёзд пряди белесых волос, в бликах заходящего изумрудного солнца взгляд бирюзовых глаз, убеждал себя, что помнит чудесный смех, тепло улыбки… Шепотом повторял её слова, когда-то сказанные ему…

Всё чаще Гелиос заходил сюда, в лабораторию. История с постоянными бунтами тревожила его.