Бит сердца

– Она теперь работает на курорте?

– Она одна из тех, кто отвечает за всю заповедную зону… Когда встретитесь, она сама тебе расскажет!

Паша сидел, не зная, что сказать. Он уехал отсюда, как только ему исполнилось 20 лет, ему казалось, что он сбежал, а сейчас начал понимать, что он потерял, уехав. Это место нельзя было даже сравнивать с любыми мегаполисами, к которым он стремился все детство. Попадая сюда, словно оказываешься в другом мире, более красивом мире, населенном другими людьми.

– Что было, когда вы приехали?

– Я долго проработала главной медсестрой, поэтому приехав к твоей маме, сразу сказала, что хотела бы во всем помогать, часто была у нее в больнице. София после института проработала некоторое время в полиции, и благодаря званию лейтенанта, её взяли в охранную службу заповедника.

– Ого! Не могу представить её в форме! Я её помню почти ребенком с веснушчатым личиком!

– Значит удивишься, увидев, какой она стала, – не без гордости ответила Света, – когда с химиотерапией было покончено, и стало понятно, что все это было без толку, – на этих словах её лицо вытянулось, а морщины вокруг глаз стали более явными, – она настояла на том, чтобы вернуться домой, и, пока может, заниматься делами курорта… Врачи отпустили из больницы только с условием, чтобы находиться под постоянным наблюдением мед работника, поэтому из домика, который делила с Софией, я переехала сюда.

Все было довольно спокойно, ей редко становилось плохо, но несколько дней назад… – она замолчала, а потом продолжила, – когда я подумала, что возможно это конец, попросила Елизавету позвонить тебе, но твоя мама крепкий орешек, выкарабкалась…

Павлу было тяжело осознавать, что речь идет о его матери, он был благодарен Свете за то, что она опускала многие подробности…

– Нет надежды, что… что она могла бы поправиться?

– Мне жаль…

Этих слов хватило, чтобы получить ответ на свой вопрос, у парня болезненно сжалось сердце.

– Какие вы ранние пташки! – раздался голос за их спинами. Сегодня Лена выглядела намного лучше, не было такой смертельной белизны лица, руки в синяках от игл закрывали длинные рукава строгого платья.

– Доброе утро, мам! – Паша встал и чмокнул мать в щеку, она ответила ему тем же, на её лице светилась нескрываемая радость от того, что она видела сына дома.