Напрасная надежда

– Как и на любом месте работы…

– Да нет… Здесь это встречается чаще, несмотря на малую численность жителей станции. Многие сбегают сюда. Здесь словно иной мир. Здесь находят себя те, у кого что-то не получилось в старом мире. И глядя на тебя, мне кажется, что ты как раз из их числа.

Ксения не ответила, лишь отвела взгляд, но Света поняла, что попала в точку. Они зашли в следующее здание, оно представляло собой длинный коридор, с дверями по обеим сторонам, почему-то девушке на ум сразу пришла ассоциация с тюрьмой, но она поспешила отогнать эту мысль, потому что, в отличии от тюрьмы, здесь было яркое освещение, стены нежно-зеленого цвета.

Пройдя мимо третьей двери справа, женщина сказала:

– Я живу здесь, твоя дверь следующая, она последняя в этом коридоре, потом только кладовка. Так что будем соседями, раньше там жил Андрей.

Ксения открыла дверь, комната была крошечной, у стены стоял собранный диван, рядом комод и стул перед ним, окно большое, почти на полстены, выходило на соседний жилой барак, на окне темно-синие шторы, которые придавали уют.

– Такой порядок, я бы не могла предположить, что кто-то здесь жил.

– Конечно, порядок, Андрей долгое время провёл на больничной койке, а здесь ребята собрали его вещи и все прибрали, все же знали, что прилетит кто-то новый на замену Вадика…

Ксения поставила сумку с тёплыми вещами на диван и осмотрелась, однотонные светлые обои почему-то приводили в уныние, у неё дома стены всегда были яркими, радующими глаз.

– А где туалет? Ванна?

Света усмехнулась:

– Ванна? Я вот смотрю на тебя, и у меня складывается ощущение, что ты совсем не представляешь, куда ты попала! Пойдем.

Света снова вышла в коридор и повернула направо, а зайдя за ней в дверь напротив кладовки, Ксения увидела душевую, в которой было три кабинки, отделенные друг от друга перегородками, но спереди никак не закрывались. У девушки открутились глаза от удивления и непонимания:

– Но как же… Как?…

Света подошла к крайней кабинке и вытащила висевшую сбоку полиэтиленовую пленку, расправив которую, образовала что-то вроде ширмы:

– Вот, это я повесила, ты тоже можешь пользоваться.

Это место не рассчитано на женщин! Ты должна запомнить это и привыкнуть. Никто не будет с тобой здесь джентльменом, никто не откроет перед тобой дверь и не пропустит в очереди за едой.