Жестокие женские игры

Жена удивлённо посмотрела на него, обычно муж никогда не встречал её у порога.

– Мы должны поговорить Ирина – сказал он ей.

– Нельзя подождать до утра? Я устала и хочу только в душ и спать.

– Надо было принимать душ там, где ты была, – усмехнулся он. – Я не так часто прошу тебя о чём-то, тем более то, что я хочу обсудить, касается тебя напрямую. Поговорим у меня в кабинете.

Ирина Сергеевна была заинтригована. Весь день её не было дома, поэтому она ничего не знала ни об аварии, ни о предстоящем приезде Германа, ни о тех переменах, которые ожидали её саму.

Войдя в кабинет, она села в кресло, лениво потянулась и недовольным тоном протянула: – ну, выкладывай, что там у тебя.

Очень сухо, без лишних подробностей он рассказал ей обо всём. Отдавая жене должное, Иван Александрович с удовлетворением отметил, что она не стала устраивать истерик и, по крайней мере с виду, осталась спокойной. Как он и предположил заранее, больше всего её заинтересовал предстоящий развод, ведь что ни говори, нелегко расставаться с тем, кто так долго был для тебя козлом отпущения.

– Иван, ты действительно думаешь, что сможешь уйти от меня? – засмеялась она. – Неужели забыл о тех документах? Или уже ничего не боишься?

– Ты отстала от жизни, дорогая. Времена давно изменились, и за это уже не сажают, теперь это называют бизнесом. А бумаги, ну что же, можешь вставить в рамочку и повесить на стену, как проснёшься утром, так сразу и увидишь – явно издеваясь над ней, спокойно ответил Шубин.

Ирина оторопела. Ещё никогда она не видела мужа таким уверенным в себе, ещё никогда Иван не разговаривал с ней в таком тоне.

Она сразу почувствовала, что он не блефует, и что её власть над ним действительно закончилась. А он продолжил: – я не виню тебя в том, что ты испортила мою жизнь, в этом отчасти виноват я сам, но как ты могла так исковеркать жизнь своей дочери? Столько лет я был уверен, что она знает правду обо мне, старался не навязывать свои чувства, боялся, что Вика оттолкнёт меня, а она, оказывается, ничего не знала, и всю жизнь страдала, уверенная в том, что отец не любит её. В том, что произошло с ней сегодня, виноваты мы оба. Я как смогу, постараюсь помочь ей, но ты не должна мешать мне и вмешиваться во что-либо. Только на таких условиях ты получишь от меня деньги, так что учти это, пожалуйста, в своих планах на будущее.

И тут что-то сломалось в ней. Холёная, воспитанная дама исчезла, и на него вылился такой поток брани, которому позавидовал бы портовый грузчик.